Взгляд невольно скользнул по бесстрастному лицу Охтарона. Что это, черт возьми? Ухмылка? Уголки бледных эльфийских губ на секунду насмешливо приподнялись, словно он говорил: «Не представляю угрозы? Ага, конечно».

В этот миг я поняла, что, какое бы мнение ни успела составить о своем подопечном, оно, скорее всего, ошибочно.

Эль-Охтарон не забитый пленник, не бесчувственный робот, живущий приказами, не беспомощная жертва сексуальных домогательств. Кто он? Я не знала. Но вдруг ясно увидела: Агент — настоящая головная боль. Захотелось сделать его чужой проблемой, не своей. Передать эльфа другому куратору.

— Скоро вернусь, — повторила я онемевшими губами и поспешила к Мелинде.

Но в кабинете подруги меня ожидало разочарование.

— Нет, даже не проси, — заявила капитан, едва услышав мою просьбу. — Я не могу освободить тебя от этой должности. И дело не только в том, что ты узнала слишком много засекреченной информации. Чтобы контролировать, Агента нам необходим специалист твоего уровня. Я же говорила: с каждым годом он становится все более неуправляемым. Его все труднее держать в узде. Приступы агрессии участились. Совет обеспокоен. Если мы не найдем способ его усмирить… — Мелинда подалась вперед, понизив голос до шепота: — Если мы не найдем способ усмирить Агента, ему поджарят мозги. Приказ уже есть. — Капитан похлопала рукой по картонной папке с документами, лежащей перед ней на столе. — Гипно-маги хорошенько обработают его разум. Выжгут из Агента все человеческое. Или правильнее сказать — эльфийское? Не суть. Они полностью сотрут его личность. Уничтожат даже те крохи разумности, что в нем остались. Агент окончательно превратится в бездумную машину для убийств.

Слова Мелинды обрушились на плечи стотонной каменной глыбой. Я вдруг почувствовала себя невероятно уставшей, пойманной в ловушку.

— Ты же не допустишь такой бесчеловечности? — воззвала к моей совести капитан. — Не дашь поджарить Агенту мозги?"

"Она пытается его защитить. Судьба Эль-Охтарона ей небезразлична. Почему?

Вздохнув, я уронила подбородок на грудь. Связали. Меня связали по рукам и ногам. Старая подруга помнила о моем жалостливом характере и сейчас мастерски играла на чувстве вины. Прямым текстом говорила: откажешься от Агента — обречешь его на участь, которая, возможно, страшнее смерти.

— Хорошо, — зажмурившись, я с силой стиснула подлокотники кресла. — Твоя взяла. Буду его куратором.

Мне показалось или с губ Мелинды сорвался вздох облегчения?

— Агент сейчас на испытательном сроке. Будет послушным зайкой — Совет оставит все так, как есть. Хоть раз взбрыкнет — и его разум пропустят через ментальную мясорубку. И не факт, что после этого наш эльф выживет.