– Такой маленький и такой умный!

– Еще охранять может, – с гордостью говорил Леня, – воров совершенно не боимся, такой лай поднимет!

– Ест много? – деловито осведомилась Семеновна.

– Нет, так, чуть-чуть поклюет. Утром кашку, вечером простоквашку! Очень неприхотлив!

Тут Маркиз слегка поднаврал для пользы дела, но Пу И не стал возмущаться.

– Ой, мне бы щеночка, – протянула Семеновна, – самое то для меня – маленький, умный, охраняет, да еще и ест мало!

– На щенков у нас очередь, – сообщил Леня, – вас могу записать.

– Запиши, милый, – обрадовалась старуха. – А ты чего пришел-то? По какому такому делу?

– А дело у меня такое, что спросить хочу – кто в том сером доме выписывал журнал «Племенное животноводство»?

– И, милый! – Старуха махнула рукой. – Это ж когда было-то! Василий Петрович выписывал, из семнадцатой квартиры. Он в этом институте работал, ну, где коров изучают, чтобы больше молока давали, свиней опять же, чтобы ели меньше, а толстели больше…

– Институт животноводства?

– Ну, если такой есть, то, значит, он, – подтвердила почтальонша. – Только это было-то лет двадцать назад, а сейчас он…

– Помер? – расстроился Маркиз.

– Кто – Василий Петрович? Да нет! Жену похоронил, дочку в Америку отправил, а сам живехонек! Там и живет, в семнадцатой… А тебе он зачем?

– Поговорить бы с ним…"

"– Тогда, – старуха отчего-то покосилась на Пу И и рассмеялась, – возьми его с собой, иначе разговора не получится.

Серый угловой дом в их микрорайоне держался наособицу. Сам по себе дом был не так уж плох, но одной своей стороной выходил на шумный проспект, а другой – на не менее шумную улицу. Торцом дом стоял в узком переулке, и последняя сторона выходила в темный захламленный и вонючий двор-колодец, каких немало в центре города.

В свое время дом являлся ведомственным, то есть владела им, если можно так выразиться, одна крупная строительная организация. Вместо того чтобы, используя дармовых рабочих, привести дом в порядок, сделать капитальный ремонт и предоставить своим сотрудникам отдельные комфортабельные квартиры, начальство распорядилось селить в коммуналки лиц с временной пропиской, а также многодетные семьи до подхода очереди. С тех пор прошло много лет, строительная организация давно уже тихо угасла, дом из ведомственного стал самым обычным муниципальным, но это ему не помогло. Квартиры в нем оставались в ужасном состоянии, как, впрочем, и подвалы, и чердаки.

Поэтому неудивительно, что дом никто не торопился расселять и по выложенным плиткой тротуарам мимо дорогих магазинов шмыгали иногда такие типы, что охранники только скрипели зубами.

В этом доме в семнадцатой квартире жил бывший работник Института животноводства, а ныне пенсионер Василий Петрович Телятин.