Вспоминая отца, Алессия вытаскивает магазин и, к своему удивлению, обнаруживает там всего четыре пули. Убрав их, она резко вытряхивает из ствола пятую пулю и вставляет магазин обратно, а пули кладет в карман. Положив пистолет на место, закрывает чемодан.

Поднявшись, Алессия утирает слезы. Хватит плакать. Она подходит к окну, за которым виднеется рассветный Загреб. С пятнадцатого этажа город похож на терракотовое покрывало в стиле петчворк. Завораживающее зрелище. Интересно, Тирана тоже так выглядит с высоты?..

– Ты проснулась, – раздается голос Анатолия.

– Я захотела есть. – Она смотрит на столик с едой. – А теперь пойду в душ.

Взяв сумку, она входит в ванную и закрывает дверь на замок.

Когда она выходит, Анатолий уже одет, разбросанные по столику посуда и еда убраны. Вместо них на чистой новой скатерти стоит завтрак.

– Ты не сбежала, – спокойным тоном говорит Анатолий.

– Куда бы я пошла? – устало спрашивает Алессия.

– Ты же недавно пыталась сбежать. – Он пожимает плечами.

Алессия молча смотрит на него, чувствуя себя выжатой как лимон.

– Это потому, что я тебе небезразличен? – тихо спрашивает он.

– Не льсти себе, – говорит Алессия и, сев за столик, выуживает из корзинки с хлебом булочку с шоколадом.

Анатолий садится напротив, и Алессия замечает на его губах слабую довольную улыбку.

Мы с Томом бредем по площади Скандербеу, находящейся недалеко от гостиницы. Стоит ясное, холодное утро, и солнце блестит на разноцветных мраморных плитах, которыми вымощена огромная площадь. С одной ее стороны расположена бронзовая конная статуя албанского национального героя пятнадцатого века, а с другой – Государственный исторический музей. Жду не дождусь, когда мы попадем в город Алессии и найдем ее, но переводчик еще не прибыл, и нам нужно как-то убить время.

Я весь на нервах, на месте не сидится, и мы решаем пройтись по музею. Пытаюсь отвлечься, фотографируя экспонаты, и даже выкладываю один снимок в Инстаграм. Меня дважды просят прекратить съемку, но я продолжаю тайно снимать. Иллирийские артефакты меня просто очаровали. Том, разумеется, разглядывает средневековое оружие – у Албании богатая и кровавая история.

В десять часов мы идем по усаженному деревьями проспекту к кафе, в котором у нас назначена встреча с переводчиком. Удивительно, что многие мужчины пьют кофе снаружи, несмотря на холодную погоду. Но здесь почему-то совсем нет женщин.

Темноглазый брюнет по имени Танас Сека – аспирант университета Тираны, пишущий работу по английской литературе. Он отлично говорит по-английски, охотно улыбается и прост в общении. Парень привел с собой подружку по имени Дрита, учащуюся на выпускном курсе исторического факультета.