Агапкин вертел головой, оглядывал стены, зеркала, ничего не говорил и, только когда кресло остановилось у стола, мрачно спросил метрдотеля:

– Платона куда дели?

– Платона? Кто это? Он у нас работал? Как его фамилия, простите?

– Нет. Он тут не работал. Он просто стоял. Афинский его фамилия. Настоящее имя Аристокл. Философ древнегреческий. Великий философ, хотя его теория идеального государства и заманчивый миф об Атлантиде принесли много бед человечеству. Вот тут, у зеркала, стоял его мраморный бюст.

– А-а, понятно, – метр почтительно кивнул, – но я что-то не помню здесь бюста.

– А я помню. Аристотеля уронили в сорок девятом. У него откололся нос. Здесь тогда был один из борделей товарища Берии. Безносого Аристотеля спрятали в подвал, Платон остался в одиночестве. Но теперь и его нет. Мастер, если б узнал, огорчился. Он любил эту мраморную пару.

– Простите, кто?

– Владелец особняка, Белкин Матвей Леонидович, Мастер стула международной масонской ложи «Нарцисс». Ну-с, чем станете потчевать?

Метр принялся подробно комментировать обеденное меню. Федор Федорович заказал себе суп из белых грибов и крабовую котлетку. Кольт ограничился порцией отварной севрюги.

– Ты худеть решил, Петр? – спросил Агапкин.

– Нет. Просто я не очень голоден.

– А по-моему, ты решил худеть. Шарфик сними. Тут тепло.

– Федор, что ты привязался к моему шарфу?

– Да так, не обращай внимания. А скажи, она давно ищет череп?

– Кто?

– Ну, та, у которой ты, старый фетишист, шарф украл. Ольга ее зовут?

– Елена. Знаешь, я тебя убью когда-нибудь.

– Ну, валяй. Сделай милость. Я тебя о черепе спросил не из праздного любопытства. Кто-нибудь знает, что она его ищет?

– Понятия не имею.

– Свяжись с ней и предупреди, чтобы она никому об этом не говорила. Там, вокруг развалин, сейчас много бродит всяких людей.

– Черные археологи? Вообще-то она знает, насколько опасно говорить о черепе Плута. Она сама все отлично понимает.

– И тем не менее ты с ней свяжись, Петр. Именно сейчас к ней могут обратиться с вопросами и предложениями. Нет, нет, не пугайся, ее они не тронут. Просто предупреди, если кто-то спросит об артефакте, пусть скажет, что, по ее версии, он никак не может быть спрятан в развалинах храма сонорхов, и, вероятней всего, искать его следует в Германии, на острове Зюльт, на старом маяке.

– Так, Федор, давай-ка сначала и по порядку.

– Ох, Петр, где начало? Где конец? И какой тут может быть порядок? Кажется, мне удалось крепко озадачить товарища Радела. Он ведь явился в Москву вовсе не для того, чтобы скупить всю желтую прессу и натравить ее на тебя. Сначала я именно так думал, но потом сообразил, что явился он не по твою, а по мою душу. И это прекрасно. Это значит, что они по-прежнему верят в волшебные свойства хрустального черепа.