– Лодвайн, ты ему веришь? – Юношеская искренность в голосе Дьютифула поразила меня. – Раньше ты был честен со мной. Ты говорил, что я когда-нибудь стану королем, который объединит все народы и будет править ими справедливо. Ты говорил…
Лодвайн презрительно тряхнул головой, его отношение к доверчивости Дьютифула не вызывало сомнений.
– Я бы сказал все, что угодно, лишь бы ты молча поехал с нами. Мои красивые слова дали нам время, необходимое, чтобы ваша связь стала крепче. Потом кошка сообщила мне, что дело сделано. Пеладайн может овладеть тобой в любой момент.
Да, сначала мою мать повесили, но она была еще жива, когда ее четвертовали и сожгли. Ну а для отца время, пока солдаты Регала Видящего расправлялись с моей матерью, длилось годы. – Он криво улыбнулся, глядя на принца. – Как видишь, у моей семьи давние счеты с Видящими. Ты должен заплатить по старому долгу, принц Дьютифул. Полагаю, что за последние годы Пеладайн пережила всего несколько счастливых часов – когда мы обсуждали с ней твою судьбу.
"Теперь все стало ясно. Из зерна ненависти вырос чудовищный план. Вновь Видящим не пришлось долго искать источник своих несчастий. Западня для принца появилась из-за надменности и жестокости его дяди. Регал и мне оставил в наследство ненависть, но теперь я уже не мог испытывать сочувствия к Полукровкам. Они стали моими врагами. Несмотря на свои страдания, они не имели прав на этого мальчика.
– Скажи, Лодвайн, а что связывает Пеладайн и тебя? – спокойно спросил я.
Мне казалось, что я знаю ответ, но Лодвайн меня удивил:
– Она была моей сестрой-близнецом. И мы были похожи друг на друга, насколько мужчина и женщина могут быть похожими. После ее смерти я остался единственным наследником нашей семьи. Теперь ты меня понимаешь?
– Нет. Но это не важно. Ты готов на все, лишь бы дать ей возможность обрести человеческий облик. Ты помог ей похитить принца, чтобы она смогла завладеть его телом.
Если мои слова и произвели на них впечатление, они не подали виду.
Лодвайн остановил коня на расстоянии выпада мечом. Наклонившись вперед, он пристально посмотрел мне в глаза:
– Моими поступками движет не только скорбь брата. Забудь свою лакейскую преданность Видящим и подумай сам. Поразмысли о судьбе своих соплеменников. Позабудь о древних обычаях, связывающих нам руки.
















Комментарии
Добавить комментарий