Пары минут не прошло, как там стало не продохнуть. Слишком много дыма. Из-за чего люди, занимавшиеся этим важным для обороны делом, отступились. В отличие от легионеров. Которые вошли в ворота и занялись позиции по контуру так и не возведенной баррикады. У них ведь имелись средства индивидуальной защиты от дыма.

Обстрел надвратной башни при этом прекратился."

"Разворотило ее довольно знатно. Поэтому внутри к этому времени уже не осталось боеспособных бойцов. И штурма по существу не случилось. Кто-то из защитников был убит ядром или вторичным снарядом в виде куска камня.

Кто-то ранен. Кто-то оглушен. А кто-то и просто деморализован. Все-таки сложно сидеть в маленьком замкнутом пространстве, по которому колотят пушки, а твои сослуживцы при этом гибнут. И как гибнут! Зрелище разорванных и растерзанных тел само по себе не для слабонервных. Даже так, зайдя после всей свистопляски. А если наблюдать за этим всем в процессе – мало кто выдержит. Тут ведь и оторванные руки, рефлекторно скребут по полу. И жутко орущие люди ползающие и собирающие кишки обратно в лопнувшие или разодранные животы. Тут и просто разорванные тела от прямого попадания 12-фунтового ядра. И удары. О! Такие гулкие, смачные, бьющие по нервам словно половник по кастрюле, надетой на голову. А еще пыль. Боль. Крики. Ужас. Да что ужас? Откровенная паника…

Сидеть под артиллерийским обстрелом в таком «укрытии» – так себе удовольствие. Посему, когда в башню эту ввались палатины с мушкетонами наперевес – защищаться там было некому. И зачистка была произведена играючи. По сути – не зачистка, а прогулка милосердия…

На все про все с первого выстрела Льва до зачистки башни и занятия участка за ней прошло едва полчаса.

Однако за это время Легион сумел достигнуть ключевого стратегического успеха. И дальнейшая защита города представлялась по сути агонией. Относительно небольшого надо сказать города.

Так что Андрей стал ждать.

Полчаса.

Час.

Два.

Тишина.

Ну как тишина? Там, на некотором удалении от бойцов легиона стоял гвалт совершенный. Люди явно ругались. Или что-то крайне бурно обсуждали. Даже дрались, судя по всему. Но к легионерам не лезли. И даже в поле зрения не попадали, укрываясь за домами.

Наконец, спустя, наверное, часа четыре, появились переговорщики, которых проводили к Императору.

– Явились красавцы? – смешливо фыркнув, поинтересовался Андрей. Он как раз в своей палатке отдыхал. Чай пил с сухофруктами. И эти переговорщики, разоруженные да обысканные, туда, в палатку и были доставлены. – А чего так быстро?

– Быстро? – удивился один из киевских бояр.

– Я уж грешным делом подумал, что вы пожелали до конца стоять за этого христопродавца.

– Ну уж нет… – раздраженно прошипел самый старый боярин.