– Она не такая. Мы с ней говорили… она всё поняла.

– Ваня, ты ведь сейчас не всерьёз всё это говоришь, правда?

– Лана, она хороший человек. Очень хороший.

– А кто же спорит? Но и у хороших людей бывают плохие дни, плохое настроение и люди, которых они от души ненавидят. Пусть и втайне. По всей видимости, для хорошей девушки Леси, таким человеком являюсь я.

Сизых выдохнул в трубку, опечаленно.

– Значит, она обиделась.

После подобного вывода, оставалось лишь развести руками.

– Не зря я сказала дочери, что все мужчины немного не от мира сего. Сейчас понимаю, что сказала это не зря.

– Зачем ты говоришь такое ребёнку? – возмутился Сизых. – Маленькой девочке! Ей же с этим жить!

– Ничего страшного. Лет через десять сама выяснит. Лучше её подготовить.

Лана подошла к кухонному окну, выглянула за занавеску.

– То есть, ты собираешься убить ребёнка своим жизненным опытом, – продолжал ворчать в трубку Иван. А вот Лане уже стало не до споров о вечном: кто прав – мужчина или женщина. Она смотрела на чёрный внедорожник, который остановился как раз напротив её дома. Ничего хорошего это не сулило, Лана была в этом уверена.

И поэтому не сильно удивилась, когда задняя дверь автомобиля открылась, и она увидела Игнатьева. Удивиться не удивилась, но здорово занервничала. Слава вышел, огляделся с интересом, а затем уставился на её дом. И Лана почему-то была уверена, что он смотрит на кухонное окно и видит её. Она поспешно отступила и занавеску задёрнула. Словно это могло её спасти или как-то исправить ситуацию, отменить приезд мужа.

– Лана, что ты молчишь? – снова послышался голос Ивана.

Лана очнулась. Нервно кашлянула. Но сказать Ване правду язык не повернулся.

Она только смотрела на Славу, который шёл по направлению к её дому через пелену тюли, и понимала, что произнести это вслух не может. По крайней мере, не сейчас."

"– Я тебе перезвоню, хорошо? – проговорила она сбивчиво, и телефон поторопилась отключить, прекрасно зная, что после подобной отговорки, Иван перезвонит максимум через три минуты.

Но пока она поспешила к входной двери и распахнула её прежде, чем Слава успел нажать на кнопку звонка. Тот от неожиданности отступил, и улыбаться не спешил. Смотрел на неё со всей серьёзностью.

Потом сказал:

– Привет.

А Лана захлопнула перед ним дверь. Получив от этого действия огромное удовольствие.

16

Если бы это могло что-то решить!

Лана стояла за дверью и зло на ту смотрела. Знала, что Игнатьев никуда не уйдёт, он стоит и ждёт, когда она опомнится. Но у неё в этот момент так сильно билось сердце, казалось, что прямо в горле, а в ушах стоял нестерпимый гул. И Лана так сразу не могла самой себе ответить, что её беспокоит больше: его неожиданное появление, или то, чего Слава от неё хочет.