– Да, но я мысленно готовил себя к тому, что мне придется уехать.

– Я думаю, этого достаточно, Зи. Когда мы впервые встретились, отъезд из Чикаго был твоим самым большим страхом. Теперь ты готов уехать, если тебе понадобится, но только то, что ты достаточно вырос, чтобы понимать, что где-то в другом месте с тобой все будет в порядке, не значит, что ты должен уезжать.

– Ты хочешь остаться здесь? – с надеждой спрашиваю я.

– Здесь Райан, и здесь приют. Если у меня есть право голоса, то да, я хочу остаться.

– У тебя всегда есть право голоса, Стиви. Это наше решение, не только мое.

– Они предлагают тебе то, что ты хочешь?

Я киваю в знак согласия:

– Но я сказал им, что подпишу только при одном условии.

– Каком?

Эпилог. Зандерс

Четыре месяца спустя – октябрь

– Зи, нам пора. Ты опоздаешь на игру, а нам еще нужно заехать в приют.

Я обнимаю Стиви, притягивая ее к себе так, чтобы ее голова лежала у меня на груди.

– Еще несколько минут. – Я осторожно кручу локон между указательным и большим пальцами. – Я еще не готов. Это будет мой первый раз без тебя с июня.

Милые янтарные глаза Рози смотрят на меня снизу вверх, ее голова покоится у меня на животе. Я еще немного задерживаю своих девочек в постели.

– Это всего на три дня.

– Не напоминай, – ною я. – Не могу поверить, что раньше мне нравились выездные игры.

Стиви смеется, поворачивая к себе мой подбородок.

– Не знаю, когда ты успел стать таким большим ребенком, – она прижимается своими мягкими губами к моим, – но это восхитительно.

– Это было около года назад, когда я встретил тебя, милая.

Она играет кольцами на моих пальцах, задерживаясь чуть дольше на том, которое я украл у нее.

– Это быстро пройдет.

– Что ты собираешься делать, пока меня не будет?

– Не знаю. Наверное, устрою девичник с Логан, Эллой и Рози.

Я откидываю голову назад:

– Без меня?

– Мы постараемся, чтобы ты не слишком ревновал. – Она похлопывает меня по груди. – Завтра я иду на игру Райана. В пятницу буду в приюте. А в субботу у меня сеанс семейной терапии.

Я слегка поворачиваюсь, заправляя ее волосы за ухо.

– Как у тебя дела с этим?

– Я в порядке. Все идет хорошо. Не то чтобы я не хотела поддерживать отношения с мамой, но так больше не могло продолжаться.

Я одариваю ее гордой улыбкой. Я думал, что мне придется установить для нее какие-то границы, но Стиви сама с этим справилась.

Ее мать пыталась общаться с ней все лето, но Стиви держалась на расстоянии. Только в конце августа она снова начала упоминать об открытии этой линии связи. Больше всего меня беспокоило, что ее мать получит легкую возможность говорить все, что ей вздумается.