Никки не видела, чтобы парень выпускал такую слепую ярость со времени сражения с работорговцами Норукай, но что-то высвободило боевые рефлексы юноши. Однако он был более расчетлив, нежели бездумный танцор. Клинок краем лезвия причинил небольшой вред, но юноша вскинул меч над плечом и направил прямо в глаз ящера.

С пронзительным шипением монстр попытался ускользнуть, но Бэннон, подавшись вперед, что есть силы толкнул меч дальше. Он крутанул клинок по оси, вворачивая острие так, что оно превратило глаз существа в жидкие кровавые брызги. Но этого было недостаточно.

Вложив полный вес в один выпад, молодой человек пробил голову, воткнув меч сквозь глазницу рептилии.

Монстр рухнул. Бэннон тяжело вздохнул и, приложив все силы, попытался вырвать свое оружие, но Крепкий застрял в полости черепа твари. Юноша закряхтел и выругался.

— Ну давай же!

Последний из атакующих ящеров осторожно подбирался к Никки. Колдунья вытянула длинный кинжал, готовая к атаке, а монстр приготовился к прыжку. Она знала, что вес существа и инерция собьют ее с ног. И также знала, что она слишком слаба, чтобы убить тварь.

Именно тогда Никки и ощутила звериное присутствие, почувствовала пульсацию мускулов отголоском эха, испытала предвкушаемую радость атаки и убийства.

Перед тем, как гигантская ящерица смогла на нее навалиться, поверх валунов выскочила рыжеватая кошачья фигура. Огромная кошка обрушила вниз массу из когтей и изогнутых клыков, и врезалась в искаженную рептилию, выбив ее с равновесия.

Никки, поднявшись на ноги, ощутила всплеск воодушевления и облегчения.

— Мрра!

Песчаная пума принялась терзать противника длинными когтями, разрывая неплотные облезлые пятна чешуи, вскрывая язвы.

Монстр извивался и брыкался, но Мрра его не выпускала. Саблевидные клыки разгрызали слабые места в броне рептилии.

Никки, в своем сознании, благодаря заклинанию, связующему с пумой, ощутила жажду крови, энергию, стремление расправиться с этой угрозой… угрозой для нее самой. Мрра родилась как боец и должным образом обучена — обучена убивать.

Поскольку ее связывало с Мрра, Никки хотела разорвать это чудовище своими голыми руками. В ней пела дикая кровавая ярость, также, как та пела и в песчаной пуме. Колдунья прыгнула вперед, чтобы присоединиться к атаке.

Ей не нужна была магия, лишь ее нож.

Мрра толкнула извивающегося ящера, выставляя более мягкие чешуйки снизу живота, а Никки подобралась к голове чудища. Колдунья и кошка, казалось, были скоординированы, действовали синхронно. Монстр хлопнул своими клыкастыми челюстями и Никки вогнала острый кинжал под его нижнюю челюсть, пронзив более тонкую кожу клетчатого горла. Она снова и снова вгоняла клинок в голову, а Мрра разорвала живот твари и вытащила болтающиеся внутренности.