"

"Мне пришло в голову, что когда я был учеником, то никогда так много не пререкался. А также пришло в голову, что теперь мне понятно, почему Ааз так сердится в тех редких случаях, когда я высказывал свое мнение… и в еще более редких случаях, когда я оказывался прав.

— По-моему, я где-то пропустил часть этого разговора, — нахмурился Вильгельм. — Как я понимаю, вы знаете этих свидетелей?

Маша принялась вводить Диспетчера в курс дела, а Гвидо порыкивал контрапунктом к теме. На сей раз я с радостью предоставил говорить им. Это дало мне время собраться с рассеянными мыслями и попытаться сформулировать план.

Когда они закончили, я все еще не очень далеко зашел в направлении к обеим целям.

— Должен признать, при рассмотрении в свете этих новых сведений все дело кажется немного подозрительным, — задумчиво проговорил вампир.

— НЕМНОГО подозрительным! — фыркнула Маша. — Да оно фальшивей улыбающегося девола!

— Вот чо я вам скажу, — начал Гвидо, — дайте мне всего несколько минут наедине с этими вашими свидетелями, и мы вытрясем из них правду.

— Боюсь, что это будет немного трудновато, — отвечал Диспетчер, глядя в потолок.

 — Видите ли, их уже какое-то время нигде нет. Исчезли сразу же после суда.

— Суда? — вскинулся я, бросив всякие усилия собраться с мыслями. — Вы хотите сказать, что суд уже состоялся?

Вампир кивнул.

— Совершенно верно. Незачем говорить, вашего друга признали виновным.

— И почему это у меня такое ощущение, что ему не дали условного приговора ввиду первого правонарушения? — проговорил себе под нос Гвидо.

— Фактически, его приготовились казнить в конце недели, — признал Вильгельм.

Это сообщение выбросило меня из кресла и заставило расхаживать взад-вперед по комнате.

— Мы должны что-то сделать, — сказал без надобности я. — Как насчет этого, Вильгельм? Вы можете нам хоть чем-то помочь? Есть какой-то шанс отменить вердикт или, по крайней мере, задержать казнь?

— Боюсь, что нет. Одни только свидетели, подтверждающие репутацию обвиняемого, ничего не изменят, а что касается новых улик, то будет лишь ваше слово против слов уже существующих свидетелей, а вы уже признали, что подзащитный — ваш друг. Уверяю вас, я вам верю, но другие заподозрят, что вы расскажете или сфабрикуете любую байку, лишь бы спасти своего партнера.

— Но вы ЛИЧНО можете оказать нам помощь?

— Нет, не могу, — отвернулся вампир. — Вы все, кажется, действительно, милые ребята, а ваш друг, возможно, соль земли, но мне придется здесь жить и еще долго иметь дело со здешними жителями. Если я выступлю на стороне пришлых против юридической системы города, то вся моя карьера пойдет прахом, независимо от того, прав я или нет. Это некрасиво и не нравится мне, но так уж обстоят дела.