– Она ранена, но не убита, я уверена.

«Она, наверно, никогда не сможет летать, но этого ему знать не нужно».

Они летели молча, пока не добрались до Большого ледяного утёса, где их ждала Разумница.

– Думаю, тебе не перебраться на ту сторону без этого, – сухо сказала она Люте, протягивая ей один из волшебных браслетов, которые помогли им благополучно проникнуть в Ледяное королевство.

Люта почувствовала укол совести. «Мы не крадём их принца, но их “дар дипломатии” всё же крадём. Пустят ли они после такого в своё королевство драконов из других племён?»

Вспомнила она и об упавших, умирающих стражниках.

«Я думала, мы сможем сбежать, не причинив никому вреда. Но за это ледяные возненавидят нас навеки».

– Спасибо, что дождались нас, – Люта прикоснулась к своей серьге. – Но пройти мне поможет вот это.

Разумница бросила взгляд на серьгу, затем на Арктика. Люта точно знала, о чём думает мать: если принц вот так мог использовать свою магию, быть может, его удастся убедить послужить и племени ночных.

Люта почувствовала ком в горле. Бедный Арктик, летит прямиком в сети, расставленные другим племенем.

Но они всё равно будут вместе. Это послужит утешением за всё, что с ними сделали другие драконы, и за любые будущие трудности… так ведь?

Люта и Арктик взмыли над утёсом и догнали двух ночных на противоположной стороне. Все вместе они полетели на юг, нырнув в собравшиеся впереди тёмные тучи.

Принц летел бок о бок с Лютой, но за долгое, долгое время не проронил ни слова.

Наконец Люта рискнула посмотреть на него. Вид у него был такой, будто ему самому пронзили сердце.

– Ты… в порядке? – спросила она.

– Очевидно, нет, – бросил он в ответ.

Она моргнула.

– В смысле… я понимаю, ты подавлен. Я другое хотела узнать: что у тебя на душе? Всё нормально?

– Моя душа – не твоя забота, – прошипел Арктик.

– Эм-м, вообще-то, моя, – возразила Люта. – Если я собираюсь стать твоей женой, то твоя душа – это очень даже моя забота.

Арктик зарычал и отвернулся.

В тот же миг Разумница, явно довольная собой, обернулась к ним, и Люте нестерпимо захотелось расцарапать ей лицо.

«Думаешь, ты всё знаешь о нас с Арктиком, мама.

Думаешь, мы уже жалеем о случившемся. Как же ты довольна собой. Тебе не терпится сказать мне: “А я говорила” – и повторять это изо дня в день до самой смерти.

Но я люблю Арктика. Правда, люблю по-настоящему. И я сделаю всё, чтобы этот брак был счастливым. Я буду поддерживать его любовь ко мне, и не дам ему прятаться за стеной дурацкого поведения. Я буду взывать к его душе. Я сделаю его счастливым. Мы оба будем счастливы.

Может, это не совсем та судьба, которой мы оба хотели. Но теперь именно это – наша судьба.

Моя и Арктика.

Вместе против всего мира.

Навсегда»."