Неприятно, что после стольких лет мне вновь пришлось испытать схожие чувства, не вызвавшие сладкой ностальгии, как у многих, а вернувшие на десять лет назад к тем же людям.

Лишь покинув это место, я вдохнула полной грудью, почувствовав себя человеком, который способен достичь большего. Новые места, знакомства и люди, которые не знают твоего прошлого, воспринимая тебя таким, каким ты стоишь перед ними. Есть здесь и сейчас, а о том, что было, никто не спросит. Лишь близкие, например, Кристина, которая все мои рассказы приняла с понимаем, посоветовав не оглядываться назад.

Но приезд домой всколыхнул всё то, от чего я бежала в большой город, где можно затеряться в толпе, а твоя жизнь мало кому интересна. В посёлке все у всех на виду: каждое событие обсуждается неделями; каждый неверный шаг будет поруган; каждая ошибка сыграет против тебя даже через несколько лет. Надоело. Дедушке станет немного лучше, сразу уеду, не оглядываясь.

И как только прихожу к подобному решению, мой телефон оживает, рассекая пространство мелодией, установленной на Власова. Два дня тишины для шефа и так слишком много, поэтому я не удивлена.

– Да, Игорь Геннадьевич? – стараюсь говорить спокойно, чтобы не провоцировать шефа.

– Метелина, ты уволена! – орёт в трубку без приветствия.

– За что?.. – застываю в неоконченном движении посреди улицы.

– Ты ещё спрашиваешь? Мне сегодня позвонил помощник Мельникова и сказал, что аукцион окончен раньше положенного срока, потому что для сотрудничества они выбрали фирму, перебившую нашу цены. Условия настолько привлекательные, что продолжать аукцион они не посчитали нужным. Ты виновата, Метелина! Только ты! – переходит на писк.

Так всегда происходит, когда Власов от захлёстывающей злости перестаёт себя контролировать. – Если бы ты выполнила свою работу и всё-таки встретилась с Мельниковым, этот контракт был бы нашим. А у меня тоже проблемы, Метелина! У меня три бывшие жены и четверо детей, которые хотят кушать. А знаешь, почему они теперь останутся голодными? Знаешь? Потому что ты, Метелина, хреновый работник! Мы просрали контракт. Из-за тебя. Ты виновата, что мне придётся уволить тридцать процентов сотрудников. Ты!

– Игорь Геннадьевич…

– Плевать, что ты скажешь.

Пле-вать! Уволю по собственному желанию…

– Иг…

– Ещё слово – и уволю по статье!

Замолкаю, наученная опытом общения с Власовым, который в яростном порыве никого и ничего не слышит.

– Никаких двух недель в счёт скопившихся отгулов. У тебя отпуск с последующим увольнением. Трудовая книжка электронная, ксерокопии тебе без надобности, а расчёт получишь на карту. Всё.

Скидывает звонок, но я так и стою с телефоном в руке, соображая, что сейчас произошло.