Угрюмый боец принес поесть и умыться: полил над ведром, когда солнце было уже высоко. Буркнул, что выходить пока нельзя, секретность, и ушел. Буторин не настаивал и с аппетитом поел. Правда, он сумел оценить звуки, которые раздавались снаружи. Там проходили какие-то люди, которых командир заставлял даже идти в ногу. Хорошо, хоть не строем и с песней. Ржала лошадь, но одна, кто-то прямо возле землянки Буторина разыграл спектакль «возвращения диверсионной группы с задания». Кто-то кого-то активно обнимал и хлопал по плечам и спине и все расспрашивал, удачно или нет прошла вылазка.

Второй голос отвечал, что рвануло так, что до неба достало. Что ангелам в небе жарко было.

Прошло около часа. Буторин не видел, что происходит снаружи, однако его насторожили голоса, которые кого-то звали к командиру на инструктаж перед выходом на задание. Буторин прислушался. Интересно, о каком командире говорят? О командире подразделения, группы, роты? Или о командире отряда. Значит, вернулся? Значит, скоро он увидит его? Интересно, а кто такой «Василич», который кашляет после ранения в легкое? Его Буторин придумал, а Егор подыграл, или это удивительное совпадение? «Надо быть осторожнее с такими проверками, – решил для себя Виктор.

 – Не надо ставить их перед фактом заведомого обмана»."

"К вечеру зашел тот же угрюмый партизан и поменял ведро, которым Буторин пользовался как туалетом. Ситуация была очень похожа на тюремную, но он старался не подавать вида, что тяготится своим положением. Наверняка и сами его стражи понимали, что рано или поздно до гостя с «большой земли» дойдет, что происходит что-то странное. И Егор не замедлил появиться, чтобы снова устроить плохо замаскированный допрос.

Однако он все же попытался объяснить задержку отсутствием командира, а также тем, что в лагере может быть лазутчик гестапо. И гостю лучше пока посидеть и отдохнуть. А заодно составить план бесед на политические темы, а уж он, Егор, поможет проложить маршруты поездок, даст в охрану толковых надежных ребят. Лишь бы гость указал отряды, фамилии командиров, примерные места дислокации.

– Так все у вашего командира, – улыбнулся Буторин самым обезоруживающим образом. – Он же сам передавал в Москву, что составит маршрут и список отрядов. У меня только один адрес в городе.

И тот на случай непредвиденных ситуаций. Например, если самолет собьют и я до вас не доберусь. Тогда бы я пошел в город по этому адресу.

– Что за адрес? – оживился Егор. – Может быть, даже наша точка, явка нашего отряда в городе.

– Да я улицу и номер дома назвать не могу, не знаю. Я только на фотографии видел. Мне бы в район городского колхозного рынка попасть, а там я найду.

Егор купился, это точно. Буторин видел, как загорелись глаза собеседника, когда он описывал ему место явки.