Звезду и надежду отечественной журналистики из себя корчила. Ну, как же – у нее ведь такие публикации были в девяносто лохматом году, куда нам до нее…
— Сложный у Натальи Михайловны был характер, сложный, — более сдержанно ответила редактор, но по существу была со своей коллегой согласна.
— Может быть, у нее подруги были среди коллег? – с надеждой спросила Астафьева.
— Подруги! Скажете тоже… — едва не рассмеялась рекламщица.
— Зачем ты так, Света, — укорила вторая, — с Ольгой Матвеевой Наташа была в неплохих отношениях. Но с ней вы вряд ли свяжетесь, она уехала из России.
Да… не густо. Признаться, Катерина ожидала от похода в редакцию большего. Разве что о той ненаписанной статье, о которой упоминал Люсов, удалось кое-что выяснить. Анна Николаевна сама предложила Астафьевой пройти в архив, где, копаясь в ящиках, извлекала немаленькую коробку с дискетами.
— Наташа такая аккуратная была… — вздохнула редактор, — перед увольнением сама все перепечатала и оставила у нас копии. Это весь ее архив."
"Черных начала работать в «Москвиче», еще будучи студенткой – и сразу зарекомендовала себя как профессионал.
— Характер-то у нее не изменился, разве что она стала еще жестче… — рассказывала Анна Николаевна, — но в конце девяностых в ней как будто что-то надломилось. Она все еще училась, но было видно, что в профессии она уже разочаровалась.
Снова вернулись в кабинет Нины Николаевны, где та отыскала дискету с материалами за девяносто восьмой год:
— Вот, я думаю, вам стоит на эту фирм обратить внимание – ООО «Гарант-плюс» — Наташа очень много о ней писала, вновь и вновь возвращалась к этой теме.
— Она что-то серьезное на них накопала?
Редактор улыбнулась:
— Вряд ли. Если б что-то было, она бы давно уже это опубликовала. Она этой фирме как будто мстила за что-то… Можно сказать, пакостничала вот так по-мелкому.
















Комментарии
Добавить комментарий