— Любовница? – переспросила Эльза и отвела взгляд. Она поняла, что Катя имеет в виду её, — но Игорь ведь взял на себя оба убийства, а Василию верить нельзя. Он пьет, понимаете?

— Я тоже так подумала, Эльза Борисовна, — подыграла ей Катя. — Наверное, действительно заказчиком и был Катасонов. Что ж, доказательств у нас достаточно.

— Его что – посадят? – она еще больше побледнела. Эльза скрывать эмоции не умела совсем, по лицу читались все ее мысли.

— Обязательно.

Катерина за ней с интересом наблюдала, а Эльза напряженно—нервным бегающим взглядом смотрела куда-то в сторону. Она принимала решение. Потом, видно, приняла – вполне осмысленно, хоть и с тоской посмотрела на Катю:

— Наверное, так будет даже лучше. В тюрьме, по крайней мере, они до него не доберутся.

— У вас плохая осведомленность о наших тюрьмах… — чуть улыбнулась Катя и тут же об этой улыбке пожалела – Эльза сжала губы, а в ее светлых глазах появилась спокойная решительность. Наверное, точно так же она посмотрела на Наталью, когда та высмеяла ее попытку договориться мирно.

— Вы ничего не докажете. А Игорь меня никогда не предаст, потому что не допустит, чтобы его ребенок рос без матери. Передайте, пожалуйста, записку, — она встала и, не прощаясь, вышла.

«Игорёша, я наняла самых лучших адвокатов. Не волнуйся, я о Машеньке позабочусь. Она тебя очень любит».

***

— Вы думаете, что я нечастная жертва? – Игорь Маликов усмехнулся.

Он словно не слышал получасового рассказа Кати – по крайней мере, вопрос его к теме разговора не относился."

"— То, что произошло, это вполне закономерно. Я предал всех, кто меня любил – Наташу я предал даже дважды. Один раз еще в университете – когда уничтожил ее материалы по «Гарант—плюсу», а второй раз, когда отвез ее тело на Южный мост. Я вполне заслужил, чтобы те, кого люблю я, обошлись со мной так же.

— Игорь Данилович, по поводу «Гарант—плюса» – вы ведь не ради денег это сделали?

Катя очень мало знала Маликова, но почему-то была уверена, деньги для него далеко не самое главное. Хотя бы тот случай, когда он получил кассету с компроматом – он ведь не пытался выгодно ее продать.

Маликов поморщился и отвернулся:

— Они бы просто убили ее, если бы не договорились со мной. Уж больно громкие там были факты, они бы не позволили это опубликовать в любом случае. А потом они перевели на мой счет деньги, на которые, в конце концов, я и открыл «Чайковку». Так что никакая я не жертва, я сам во всем виноват.

— Вы виновны в похищении кассеты у Ангелины Сухаревой. За это вы понесете наказание, — ответила на это Катерина. – Вину Эльзы я все равно докажу, но вы можете мне помочь.

Катя начала было снова горячо убеждать Игоря, что ему необходимо изменить показания и выдать жену, но вдруг говорить передумала.