Ангел усмехнулся и подумал: «Будет вам спектакль на пять миллионов долларов».

Дороти Стоун вбежала в кабинет Мэри:

– Госпожа посол, вас срочно вызывают в «Аквариум». Мистер Роджерс звонит из Вашингтона.

– Мэри… Я ничего не могу понять. Успокойтесь и начните сначала.

«Господи, – подумала Мэри. – Я кричу как настоящая истеричка». Она была настолько взволнована, что с трудом могла говорить нормально. Она чувствовала одновременно страх, и облегчение, и злость – все вместе.

Она порывисто вздохнула:

– Извините, Стэн. Вы получили мою телеграмму?

– Нет. Никакой телеграммы не было. Что там у вас происходит?

Она изо всех сил пыталась держать себя в руках. Мэри не знала, с чего начать. Она сделала глубокий вдох.

– Майк Слейд пытается убить меня.

– Мэри… – растерянно произнес Роджерс, – вы действительно так думаете?

– Так оно и есть. Я говорила с врачом из французского посольства – Луи Дефорже. Я заболела, и он определил, что это было отравление мышьяком. Это дело рук Майка.

В этот раз голос Роджерса звучал резче:

– Почему вы так уверены?

– Луи… Доктор Дефорже поставил диагноз. Майк Слейд готовил мне кофе каждое утро и подсыпал туда мышьяк. Вчера вечером Луи убили, а сегодня днем сообщник Слейда пытался убить меня.

На том конце провода воцарилось молчание.

Когда Стэнтон Роджерс снова заговорил, в его голосе слышалась озабоченность:

– Я задам вам очень важный вопрос, Мэри. Подумайте хорошенько. А мог это быть кто-нибудь другой?

– Нет. Он с самого начала пытался заставить меня уехать из Румынии.

– Ладно, – резко сказал Стэнтон Роджерс, – я сообщу об этом президенту. Мы займемся Слейдом. А пока я хочу, чтобы меры безопасности были удвоены.

– Стэн… В воскресенье вечером у меня в резиденции будет прием в честь Дня независимости. Я уже разослала приглашения. Как вы думаете, может, мне его отменить?

Стэнтон Роджерс задумался.

– Кстати, этот прием – неплохая идея. Вы будете среди людей. Мэри, я не хочу вас пугать лишний раз, но не отпускайте от себя детей. Ни на минуту. Слейд может использовать их против вас.

Она вздрогнула.

– Зачем ему это?

– Если бы я знал! Но черт возьми, я все узнаю. А пока держитесь от него подальше.

– Насчет этого не беспокойтесь, – хмуро ответила Мэри.

– Я буду поддерживать с вами связь.

Когда Мэри повесила трубку, она почувствовала, какой камень упал у нее с сердца. «Все будет хорошо, – успокаивала она себя. – У меня и у детей все будет хорошо».

Эдди Мальц снял трубку после первого звонка. Разговор длился десять минут.

– Я прослежу, чтобы все было доставлено, – пообещал он.

Ангел повесил трубку.

«Интересно, зачем это ему понадобилось? – подумал Эдди Мальц. Он посмотрел на часы. – Осталось сорок восемь часов».