Почему бы вам не проехать со мной в аэропорт?

Мэри уже хотела отказаться – у нее было слишком много работы и подобное приглашение казалось ей бессмысленным. Однако Майк Слейд был не тот человек, который не умеет ценить время. Любопытство взяло верх.

– Ладно.

По пути в аэропорт они обсуждали текущие проблемы. Беседа была сугубо официальной.

Когда они подъехали к аэропорту, вооруженный морской пехотинец открыл ворота, пропуская лимузин. Через десять минут приземлился «С-130».

За ограждением аэропорта собрались сотни румын. Они не сводили глаз с команды, выгружавшей ящики.

– Что они здесь делают? – спросила Мэри.

– Они мечтают. Они смотрят на вещи, которых у них никогда не было и не будет. Они знают, что нам привезли мясо, мыло, духи. Здесь всегда собирается толпа, когда прилетает наш самолет. Непонятно, как они узнают о дне прилета.

Мэри посмотрела на их лица."

"– Трудно поверить.

– Они воспринимают этот самолет как символ. Дело не в грузе, для них он олицетворяет свободную страну, которая заботится о своих гражданах.

– Почему вы привезли меня сюда? – спросила Мэри.

– Я не хочу, чтобы Ионеску очаровал вас своими сладкими речами. Вот она – настоящая Румыния.

Каждое утро, когда Мэри ехала на работу, она видела людей, стоящих в очереди, чтобы попасть в консульский отдел посольства. Она полагала, что они приходят сюда решать возникающие у них вопросы. Но в то утро она подошла к окну, чтобы повнимательнее рассмотреть их. То, что она увидела на их лицах, заставило ее пойти к Майку.

– Что это за люди, там, у ворот?

Майк подошел вместе с ней к окну.

– Это в основном румынские евреи. Они ждут очереди, чтобы подать заявление на визу.

– Но ведь в Бухаресте есть израильское посольство. Почему они не обращаются туда?

– По двум причинам, – объяснил Майк. – Во-первых, они считают, что американское правительство имеет больше шансов помочь им выехать в Израиль, чем израильское. А во-вторых, они полагают, что таким образом тайная полиция не узнает об их замысле. Они, конечно, глубоко ошибаются. – Майк показал рукой на жилой дом, стоящий напротив посольства. – В этом доме несколько квартир используется госбезопасностью для слежки. Они фотографируют всех, кто входит в посольство и выходит из него.

– Какой ужас!

– Такие у них правила игры. Когда еврейская семья подает заявление на визу, чтобы выехать из страны, они автоматически лишаются работы, их вышвыривают из квартиры. Соседей заставляют поворачиваться к ним спиной. Им приходится ждать по три-четыре года, прежде чем правительство соизволит дать ответ. Обычно он отрицательный.

– Неужели мы ничего не можем сделать?

– Мы все время пытаемся им помочь. Но Ионеску играет с евреями в кошки-мышки. Лишь единицам удалось уехать отсюда.