Еще час назад эти вещи были сильным козырем в игре, которую вел Гуров. Но теперь это были просто грязная расческа и старая шляпа – мусор, до которого никому нет дела. Ни к чему оказались хитроумные замыслы и неожиданные ходы – противник просто поменял колоду.

Гуров испытывал сильнейшую досаду и опустошенность. Ссора с Заварзиным, смерть Караима, унылые серые сумерки над притихшим поселком – это могло доконать кого угодно. Гуров вдруг осознал, что чувствует себя отвратительно, что у него опять раскалывается голова, а самого его знобит и клонит в сон.

Совсем разбитый, добрался он до гостиницы.

И тут наконец он получил небольшую дозу положительных эмоций – оказалось, что из Светлозорска вернулся Крячко. Он был бодр, весел и сыпал прибаутками. И еще от него слегка припахивало спиртным.

Сделав вид, что плохого настроения шефа он попросту не заметил, Крячко сразу заявил:

– Ну, брат, сегодня ты от рюмки «Смирновской» никак не отвертишься! Как говорится, после того, что ты со мной сделал, ты просто обязан жениться, ха-ха-ха!.. Таких унижений и мытарств я не испытывал со времен начальной школы, Лева! Меня, попросту говоря, высекли и поставили в угол носом!

– В те времена, когда ты ходил в школу, уже не секли, – через силу сказал Гуров.

– Кого не секли, а кого и очень даже секли! – подмигнул Крячко. – А уж углы, в которых я стаивал, просто были отполированы до блеска – можешь мне поверить.

– Охотно верю, – мрачно сказал Гуров, швыряя на стол пакет и устало присаживаясь на кровать. – Собственно, и насчет первого пункта беру свои слова обратно. Действительно – что касается твоей персоны, то иногда я и сам бы тебя с удовольствием высек. Особенно когда у человека паршивое самочувствие, а ты разводишь свой беспредметный треп, вместо того чтобы все объяснить коротко и ясно.

– У тебя плохое самочувствие? – притворно удивился Крячко. – Можно подумать, это ты трясся в грязном автобусе туда и обратно, питался пирожками и напрасно слонялся целый день вдоль заводского забора, глотая ядовитые дымы!

– А чего слонялся? – поинтересовался Гуров. – Ворота не мог найти?

– За ворота меня даже не пустили, – горько сказал Крячко. – Там у них строгая пропускная система – комар не просочится! А я имел глупость помахать на проходной своим красным удостоверением.

Видел бы ты их глаза! Нет, конечно, сначала они сделали вид, что до невозможности уважают правоохранительные органы и меня лично… Полдня созванивались с начальством и утрясали вопрос, пока не выяснилось, что ничего из этого не выйдет. Официальная версия – начальство в отъезде, а лицо, его замещающее, не полномочно решать какие то ни было вопросы. Меня откровенно отшили, а когда я стал настаивать, меня вообще перестали уважать – пригрозили охраной.