Кажется, даже мои верные псы не ожидали ничего подобного, на несколько мучительно долгих секунд притихнув и разразившись оглушительным лаем, когда дверь, чуть скрипнув, словно всхлипнув, раскрылась, показывая на пороге того, чье присутствие пугало меня, как еще никто и никогда в моей жизни.

Нет, это не было иллюзией луны, которая теперь светила за широченными плечами, что в буквальном смысле занимали совершенно все дверное пространство: этот мужчина на самом деле был настолько высокий, что тяжело уперся лбом в верх дверного косяка, проговорив приглушенным низким голосом:

— Вы, люди, такие мелочные и непостоянные.

Когда мои псы бросились вперед, при этом поджимая хвосты, но рыча и скалясь, мужчина издал какой-то совершенно невероятный и необъяснимый звук, похожий на низкое басистое рычание, отчего волосы встали дыбом на затылке не только у меня, но и у собак на холке. Они заскулили, прижимаясь к полу и отползая назад, оставляя меня один на один с тем, чья огромная тень стала моим кошмаром.

Реальным огромным кошмаром.

Мужчина не был оригинален в своем появлении и, очевидно, был пьян, потому что его слегка пошатывало, когда он уперся огромной мощной ручищей в стену дома, дыша глухо и тяжело и наверняка боясь завалиться набок.

Но чем он определенно удивил, так это тем, что пришел сразу голым!

Извращенец ненормальный!

Никакого стыда и совести!

Ведь все в округе знали, что даже если я без мамы, то рядом со мной всегда мой младший брат!

И это хорошо, что луна светила в его широченную спину, скрывая в темноте ночи все самые бесстыжие места, куда я старалась не смотреть, выставляя вперед ружье и наводя его прямо на грудь этого великана, который, вероятно, не один раз упал по дороге сюда, поскольку его тело все блестело от грязи, словно он где-то нашел лужу с нефтью или чем-то подобным.

— ВОН! — рявкнула я как только могла, надеясь, что не слышно, как мой голос дрогнул оттого, что еще никогда я не видела мужчин таких размеров.— НЕМЕДЛЕННО ВОН! Иначе я за себя не ручаюсь!

Он хмыкнул."

"Протяжно и мрачно, вдруг пошатываясь, подался вперед и спокойно переступил порог дома.

Хрустя щепками под босыми ногами, он уперся грязной грудью в дуло ружья, протянув большую руку с длинными пальцами вперед и заставляя меня отшатнуться и вытянуть руки, чтобы плотно держать ружье прямо у его сумасшедшего сердца.

— Если собралась стрелять, то нужно сделать вот так для начала…

Он отвел затвор назад, издав какой-то харкающий звук, который я восприняла как смех, вдруг понимая, что ружье едет ко мне во влажных ладонях, ударяя в грудь рукояткой и отлетая в сторону с грохотом, оттого что мужчина одним легким движением кисти просто отмахнулся от него, накренившись вперед всем своим огромным весом и более чем двухметровой высотой.