— Уран, очнись! — рявкнул черноволосый мужчина, цепляясь в плечи Палача и словно пытаясь заглянуть в его глаза, еще не понимая, что в них была полная пустота.

Вот только…он его знал?!

— Оставь его, это бесполезно! — прокряхтел Здоровяк, цепляясь теперь в шею сзади и изо всех сил пытаясь потянуть Палача назад.

Думаю, даже скала не выдержала бы такого напора со всех сторон и рухнула бы.

Но только не Палач!

— Пока не жахнуть эту программу в его голове, он не остановится!

— Программа…точно, — пробормотал в динамике Умник, и сделал шаг назад, быстро добавляя: — Есть кое-что! Нужно попробовать!

— Скорее, Дил! Шевели своими гениальными мозгами! — пропыхтел Белый.

— Мне нужна пара минут!

— Действуй, Умник, — отозвался Ридли. — Попытаемся его сдерживать еще немного.

— Мы с вами, парни, — этот голос я слышала впервые, и он прозвучал приглушенно, оттого что рядом не было микрофона, как у всех бойцов Ридли, но отчетливо.

Сильный, глубокий, такой же низкий, как голос моего медведя…и очень музыкальный.

Этот голос привлекал к себе внимание и даже сбивал с толку, стоило его только услышать.

Возможно, будь ситуация иной, я бы даже растерялась и не сразу смогла прийти в себя. Но только не сейчас, когда свобода моего мужа висела буквально на волоске и все так отчаянно боролись за него, что сердце щемило от переполняющего страха и безграничной благодарности.

— Ледяной, Сумрак, вы нужны нам здесь! — крикнул этот мужчина с черными волосами и телом Аполлона снова, обращаясь явно к медведям, с усилием отрывая ладонь Палача от горла моего мохнатого огромного мужа, когда неожиданно прозвучал какой-то свист.

Тонкий, пронзительный, разъедающий, отчего я поморщилась, вздрагивая всем телом от крика Ридли в динамике:

— Прикрывайте Беров!

С ужасом я смотрела, как эти огромные, двухметровые обнаженные мужчины, словно в какой-то замедленной съемке, с криком падают на землю, плотно закрывая уши и содрогаясь, будто в приступе эпилепсии.

— Все назад!"

"Звук повторился снова, еще громче, не задевая во мне ровным счетом ничего, однако вытворяя что-то жуткое с этими великанами, когда я поняла, для чего Умник сделал «наушники» из грязи Амиту, сказав, что так его мозги не превратятся в смузи!

Этот звук убивал Берсерков!

Делал им настолько больно, что мужчины корчились, харкая кровью, а я кинулась к ним, не замечая шума вокруг и свистящих со всех сторон пуль, стараясь не запнуться и помочь хоть чем-нибудь в этой битве насмерть.

— ИЛЯ! НАЗАД!

Рев Килана отозвался в моей голове металлическим звоном, но я не собиралась стоять в стороне и наблюдать, как в мучениях и боли умирает семья моего мужа!

Парням Ридли и без того было нелегко.

Они были совсем одни против целой армии.