— Вижу, что Объект номер Восемнадцать уже успел достаточно рассказать о себе, — усмехнулся этот мужчина, расставив ноги и упираясь подошвами явно не к месту дорогих и вычурно начищенных ботинок в лесную траву и первую осеннюю грязь. А у меня по телу пронеслись нехорошие мурашки.

Разве можно называть таким образом живое, разумное и очень сильное создание?

Ответ был слишком быстрым и ошеломительным, чтобы я смогла сдержаться и не ахнуть:

— Вы из лаборатории?!

— Да, синьорина. Истинное зло в плоти и крови, — широко улыбнулся мужчина, но он совсем не вызывал никакой симпатии при всей своей красоте, и первым делом хотелось прострелить ему голову, чтобы он отстал от моего медведя.

— Что вам нужно от Миши?

Если бы я только умела рычать, как мой муж, то делала бы это сейчас весьма яростно и совершенно несдержанно в выражении всей той ненависти, которую я искренне испытывала при одном только упоминании о месте, где сотворили столько зла с медведем!

— Игры закончились. Он — собственность лаборатории, и я пришел забрать то, что принадлежит мне.

Это было просто верхом наглости и бесчеловечности!

Поэтому я вскинула ружье и выстрелила в него!

Без предупреждения и лишних слов!

Вот только его медвежья кровь сыграла со мной злую шутку, и на мерзком Берсерке, конечно же, не осталось и царапины, когда он весьма быстро и ловко подскочил, просто уворачиваясь от смертельного снаряда.

Господи, я такое только в фильмах видела!

В «Матрице»!

А теперь смотрела огромными глазами на то, как мужчина вальяжно вернулся на свое прежнее место и улыбнулся мне, чуть покачав головой:

— Ц-ц-ц, синьорина, как невежливо.

Я тяжело сглотнула, быстро посмотрев на медведя, которого не разбудил даже этот резкий, оглушительный звук выстрела.

Он был по-прежнему в глубокой заморозке, и теперь я начинала искренне бояться того, что этот тип не захочет возвращать его в нормальное состояние. Лишь потому, что я вмешалась.

— Зачем он вам? — выдохнула я с дрожью, теперь понимая, что не смогу предложить ничего, чтобы выторговать жизнь медведя себе. Что я могла дать этому чертову Беру, который зачем-то шел против себе подобных и вот так издевался?

В том, что все зверства с медведем были совершены с позволения этого типа, я уже даже не сомневалась!

— Он идеальная машина для убийства, ты не находишь? — пожал плечами в ответ мужчина, говоря настолько спокойно и безразлично, словно речь шла о чем-то неодушевленном вроде ружья. — Его чистая кровь не знает себе равных. И оттого еще более удивительно то, что он выбрал тебя — простую человечку, притом не самую здоровую с точки зрения внешнего вида.