– А мне твоя интеллигенция нахуй не нужна, понял? Она мне на выборах и двух процентов не даст, поэтому работать нужно на обычных людей. А вместо этого твой Толя пишет мне подстрочник «я бы рекомендовал в вашем выступлении заменить „разношёрстный политсброд“ на „неряшливую политическую палитру“. Подстрочник, блядь. Помнишь, в детстве были фильмы с субтитрами? Там в конце всегда было написано – редактор субтитров Э. Зэро. Это не он, случайно? Ему, наверное, кажется, как он охуительно тонко скаламбурил „политическая палитра“.

– У него просто литературное образование.

– Да? Правда? Ну, тогда пусть пиздует в Интернет и каламбурит там с обсосами всякими в стиле «Слон но сов». У нас тут не сайт «проза ру». Литераторы, еб твою мать! Мы с твоими литераторами все газеты проиграли.

– У нас была хорошая аналитика экономического состояния страны в «Коммерсанте». Помнишь, «Скоро август…»? – пытается оправдаться Паша.

– И что? Если бы ты под это дело реальный кризис создал, а так твоя статья мёртвому припарок. За два месяца мы не создали ни одного события. Посмотрите, как работает «комитет» – у них что не событие, то мегахит.

Поймают трёх молдован – борьба с нелегальной эмиграцией, построят три квартиры для военных – армия получила жилищную программу, в теннис бабы выиграли – вот так развивается национальный проект «Спорт».

– Мы, кстати, в Сети нацпроект «Спорт» хорошо отстебали, – вступается Гена, – когда прошла тема на «Эхо», что в качестве сувенирной продукции этого нацпроекта изготовляются зажигалки и пепельницы, под огромные бюджеты. Помните, в Сети флеш-моб, где логотипом был Путин, прикуривающий от Олимпийского факела?

– Да, на «Эхо» же был тогда скандальный живой эфир, – наконец очередь говорить дошла и до Жени Сазонова, – помните?

– Ага, помним.

Вечно помним, как покойников. И скорбим, кстати, тоже. Ты мне про эту передачу лучше не вспоминай. Собралась вся демшиза, пол передачи вспоминали Попова с Гайдаром, кто из них чего предрекал, и куда мы теперь другим путём идём. «А помните, Егор в 1994 это предвидел! Вы же с ним дружили, да, Евгений? Ну, не так чтобы близко, но…» И в конце передачи начали говорить о кризисе нацпроектов. Когда половина аудитории уже переключилась, потому что слушать их посиделки никому не интересно. Пусть на кладбище идут и вспоминают, кто, блядь, с кем дружил, а кто просто на поминки пришёл.

– Антон, ты говоришь про работу «комитетовцев», но мы не можем сравнивать. У них любой пшик – событие. Когда такая лупа, как телевизор, есть – можно масштабировать всё, что угодно, – вступается за своих непосредственных подчинённых Вадим, – радио и Интернет – единственные наши СМИ, которые ещё создают информационное поле.