— Ладно, о богах побеседуем в другой раз, — перевёл тему я. — Раз уж судьба свела нас здесь, в Хопёрске, предлагаю не заканчивать на этом совместную работу. Мы столько сил вложили в создание этого антидепрессанта, а Владимир Харитонович Павлов помножил все наши труды на ноль. Надо бы дать ему достойный ответ!

Кстати… Если это тот Павлов, о котором я думаю, странно, что у него другие имя и отчество. Наш-то был Иван Петрович. Хотя… Чему я удивляюсь? Я ведь тоже не Илья Ильич Мечников. Видимо, фамилии те же, стремление к развитию медицины схоже, но отличия всё же имеются.

С другой стороны, чем тут удивляться? Мир-то другой. Тут магия половину истории перелопатила. И это я ещё даже не изучал местные книги, описывающие прошлое Российской Империи и мира в целом. Не удивлюсь, если выяснится, что Романовы отобрали престол у Рюриковичей в какой-нибудь магической войне.

— А какой ответ мы ему можем дать? Написать жалобу? — поинтересовался Сеченов. — Но всё ведь честно. Оспорить его изобретение мы не сможем. Он просто нас опередил.

— Я не о том. Ответ в виде новых изобретений. Объединимся и сможем сделать больше, — заключил я. — Что думаешь? Готов показать Павлову, на что мы на самом деле способны?

— Ну… А почему бы и нет? — пожал плечами Сеченов. — Заставим Махаона поднапрячься!

Кстати, верно он подметил. Боги почему-то ОЧЕНЬ беспокоятся, когда их избранников опережает другой конкурентный лекарь. Будто у них между собой тоже имеются какие-то разногласия. Или даже война. Надо бы поговорить с Гигеей по душам. Может, она прольёт свет на этот вопрос.

— Только предлагаю выждать неделю, — сказал Сеченов. — Давай закончим то, что уже начали в одиночку. А потом поговорим об общих проектах.

— Само собой, — кивнул я.

Ещё бы! У меня там за стеной два антибиотика ждут часа, чтобы заслужить свой патент. Конечно, мы закончим свои проекты. Заодно и покажу Сеченову, что в нашем союзе главный — я. Так будет проще. И я смогу подкидывать идеи из своей прошлой жизни. Он-то такого сделать не может.

На том мы наш разговор с Сеченовым и закончили. Признаться честно, я остался доволен тем, что мы наконец объединились. Вдвоём мы сможем сделать гораздо больше. Пока что у меня всего один союзник-лекарь. И это — Синицын. Он парень не глупый. Но всё же в финансах и законах почему-то разбирается куда больше, чем в лекарском деле.

Ещё не знаю, как Сеченов отреагирует на то, что я опережу его аж на два антибиотика… Но, думаю, его реакция точно будет забавной!

Сеченов покинул завод, а я вернулся в главный химический цех, откуда уже начали потихоньку уходить домой вымотанный рабочие.