Заразить барона, заставить его встретиться с другими дворянскими семьями, затем перезаражать к чёртовой матери всю Саратовскую губернию, а уже после этого всей толпой прийти к князю, который управляет этими землями, и закинуть свою тёмную магию в его семью. Таким хитрым способом можно и до императора добраться. Сделать Российскую Империю обителью тёмной магии, которая делает из людей увечных рабов.

А там и до целого мира добраться недолго!

Да… Кто бы мог подумать, что такой жуткий процесс мирового масштаба может начаться с обычного младшего жреца в городе на пять тысяч голов?

— Михаил! — пытаясь перекричать речь барона Елина, прокричал я.

Иннокентий Сергеевич использовал звуковой магический кристалл, чтобы усиливать свой голос. Что-то вроде местного микрофона. Однако это всё равно не помешало Михаилу меня услышать. Он медленно повернулся, взглянул на меня так, будто…

— Ох, вот это у тебя взгляд! — не удержался я.

Такой же, как у мясника, который собирается приступить к своей рутине. А что здесь особенного? Нарубил мясо, продал мясо. Примерно так на меня и смотрел Михаил.

— А ты что здесь забыл, Мечников? — просипел он. — Кажется, у тебя есть дела посерьёзнее. Разве ты со своим другом Синицыным ещё не встретился? Он плохо себя чувствовал. Кажется, ему нужна помощь.

— Встретился, — кивнул я. — Чувствует Илья себя прекрасно. Просил передать тебе «привет».

Нельзя его атаковать. Пока что я не могу это сделать. Для начала нужно дождаться, когда он начнёт напрямую угрожать мне или другим людям. Вот тогда обратный виток сможет пойти в ход. В противном случае клятва лекаря лишит меня сил. Этого допускать нельзя.

— Не спеши. Выжди момент, — услышал я голос Гигеи в своей голове. — Человек, одурманенный некротикой, очень быстро выйдет из себя. Им управляют только негативные эмоции. Счастье или спокойствие он испытывать не способен. Ты быстро его сломаешь.

— Спасибо за совет, конечно, — мысленно ответил я. — Но я это уже и так понял. Но больше всего я сейчас поражён кое-чем другим. Весь вечер думаю о твоём отце Асклепии. Судя по его трактату, он был весьма образованным человеком. И явно стремился помогать людям. Как он вдруг распространил некротику по всему миру — ума не приложу.

— Случайность… наверное, — неуверенно ответила Гигея. — Я сама не знаю, почему он так поступил. Я думаю, что ты и сам понимаешь, что клятву лекаря он создал исключительно для того, чтобы исправить свои ошибки. Я бы с радостью спросила его напрямую о том, что ты пытаешься вытянуть из меня. Но его больше нет. Он стал смертным и исчез. Скорее всего, умер, как обычный человек. Его тайн и мотивов мы уже никогда не узнаем.

— Что ж… — ответил я. — Я тебе верю. Но этот разговор мы с тобой ещё продолжим, богиня.