Вижу нечетко и мутно. А во всем теле щекочущие ощущения.

– Лисица…

– Саша!"

"Его обращение в эту минуту задевает. Не хочу быть для негоочередной. Я не зайка, даже не лисица, не безымянная девчонка, которая глупо влюбилась в мажора.

Не хочу, чтобы после меня другая девушка приходила к нему домой и проверяла спальню на наличие там забытых женских вещей.

Мажор не отвечает. Дважды мажет взглядом по шее, кожа которой пылает, и целует. Раскрывает губы языком, проникая внутрь, и целует так, как первый раз, в машине.

Удары за грудиной отдаются по всему организму, а саму закручивают в вихрь новые эмоции и подбрасывает ввысь.

Его пальцы сильно вцепляются мне в волосы и перебирают пряди. Поцелуй становится все глубже. Кажется, Аверин сейчас проглотит меня.

Кожа Стаса горит, когда я провожу ладонью по плечам и веду к лопаткам. Он дергается, стоит мне ногтями выцарапать бороздки. Наверняка останутся следы. Мне хотелось их оставить.

Между ног натирает ткань трусов и шов проклятых джинсов. Закусываю сильно губу, когда Аверин заставляет откинуть голову. Он припадает к тонкой шее, присасывается к ней и покусывает. Каждый его укус как приятное покалывание расходится внизу живота.

Его джинсы недвусмысленно топорщатся, когда мы переводим дыхание и ненадолго отлипаем друг от друга.

Страшные несколько секунд. Одинокие, холодные, муторные.

– Лисица, если ты до сих пор думаешь, что я благородный и сознательный, то ты глубоко заблуждаешься на мой счет.

Ледяная корка с острыми краями царапает внутренности от гортани до стоп после его слов.

И нет, я знаю, что Аверин прав. Мне не стоит ждать от него рыцарских подвигов и клятв в вечной любви и верности.

Но господи, как же хочется!

– Если ты думаешь, что резко мне разонравишься, то ты тоже заблуждаешься на мой счет. Мажор!

– Почему ты такая…

Дыхание срывается. Я издаю не то стон, не то всхлип. Сама не в состоянии понять. Мне просто до ужаса хочется узнать, какая я в его глазах. Но смертельно боюсь услышать его гнусную правду.

“Он неблагородный”, – повторяю тысячный раз.

– Глупенькая.

– Не боишься, что заражу тебя своей глупостью? Через слюну?

Аверин смеяться начинает. Взгляд вновь на губы опускает, облизывается словно я сладкий и долгожданный десерт.

– Самоуверенная лисица. Упрямая.

– Это что-то вроде комплимента, а, Стас Аверин?

Глаза мажора как бездонные колодцы. Примагничивают меня к себе, заманивают. Я и в самом деле лишаюсь воли, когда он так на меня смотрит.

Аверин берется за края моей кофты и стягивает ее с меня через голову. Остаюсь перед ним в одном простом лифчике белого цвета.

Дышу часто, прерывисто. Взгляд его поймать стараюсь, а он прожигает им мою грудную клетку.