– Мосье, – прошипел он, – это сам Горацио Лоуз, без сомнения, направляющийся к мадам Нил. Чтоб добиться от нее толку, нам надо его опередить.

– Но…

– Прошу вас, не останавливайтесь. Вам нечего на него смотреть. Ей–богу, ничего интересного не увидите. Вперед – и звоните в дверь.

Звонить в дверь им не пришлось. Не успели они ступить на первую из двух ведущих к ней каменных ступенек, как дверь распахнулась у них перед носом. Те, кто оказался за дверью, удивились ничуть не меньше их. Из сумрака вырвался приглушенный взвизг. На пороге стояли две женщины, и одна держалась за дверную ручку.

Это, как догадался Дермот, была Ивета Латур. Темноволосая, большая, плотная, с крупными чертами, она, однако же, так стушевалась, что как бы слилась с мебелью холла. Недоумение на ее лице сменилось злобной радостью, сверкнувшей в черных глазках, чтобы тотчас уступить место безразличию. Увидев же вторую девушку лет двадцати с небольшим, мосье Горон так поразился, что у него глаза полезли на лоб.

– Так! – почти пропел он, срывая с головы шляпу. – Так–так–так–так!

– Прошу прощения, мосье, – пропела Ивета.

– Что вы, что вы.

– Это моя сестра, мосье, – вкрадчиво произнесла Ивета. – Она как раз уходит.

– До свиданья, милая, – сказала девушка.

– До свиданья, детка, – ответила Ивета с неподдельной нежностью. – Будь здорова. Кланяйся маме.

Девушка выпорхнула за дверь.

Нетрудно было заметить в них семейное сходство. Но небольшое.

Девушка была стройна, одета по последней моде и с большим вкусом, прекрасно держалась, словом, была, что называется, «шикарная девица». Большие темные глаза посмотрели на Дермота тем откровенно оценивающим и одновременно полным смешливой неуязвимости взглядом, какой сходит с рук только француженкам.

Бесстыдно приманчивая недотрога. Пока она спускалась по ступенькам, вокруг нее парил, как полагается (разве что чуть–чуть слишком сильный), запах духов.

– Мадемуазель Прю, – галантно поклонился Горой.

– Мосье, – почтительно произнесла девица, вежливо приседая. После чего она удалилась к воротам.

– Нам нужна, – сказал префект Ивете, – мадам Нил.

– К сожалению, мосье Горон, вам придется перейти через дорогу, на виллу «Привет». Мадам Нил пьет там чай.

– Благодарю вас, мадемуазель.

– Что вы, что вы, мосье!

Ивета сохраняла невозмутимую вежливость. Но в тот самый миг, когда дверь уже затворялась за ними, на ее лице мелькнуло выражение, которого Дермот никак не мог определить. Не насмешка ли? Мосье Горон уставился на закрытую дверь и постучал по собственным зубам набалдашником трости, прежде чем надеть шляпу.

– Так! – пробормотал он. – Друг мой, я чувствую, что…

– Что?

– Что за этим маленьким эпизодом что–то кроется. Только не знаю, что именно.

– По–моему, тоже, – согласился Дермот.