Надо наверно прикрывать это блядство со свиданками. И так ни за что сегодня под начальника попал. — тонко намекнул Бобышкин Французу и пошёл на выход.

Француз намёк понял, так как сильно любил таскать сюда проституток. Он кайфовал не столько от секса, сколько от того, что у него, даже сидя в зоне, много тёлок. Он же Француз, как никак!

— Лёха. — окликнул его Француз. — Я тебе, конечно, не говорил этого, но помимо вагона бабла, у этого лоха есть бизнес. Он сдавал квартиры в аренду. Бабки — пыль, а вот недвижимость — это да! Друган твой очередь занял, Павлов.

— Базара нет, этого разговора не было.

Пока, привет супруге.

Бобышкин ехал домой задумчивый. С одной стороны, он был рад, что наконец у него получилось навариться на Альберте Давидовиче. Плюс пять как с куста, не зря на бухгалтера учился. С другой стороны, он думал про Женьку Павлова. Он ничего плохого ему не сделал, но возможность сорвать большой куш его тоже беспокоила."

"Шафер, так и не поняв, за что получил от Француза в глаз, выпил алюминиевую кружку французско-казахского коньяку. Да нормальный это коньяк, обожрутся виагры, химии всякой, потом руки распускают.

Что ж мы этих лягушатников в двенадцатом году не добили. Укладываясь на шконарь, Шафер положил бутылку коньяка под вату, зашторился и лёг спать. В бараке воняло перегаром и бычками от сигарет. Было слышно, как кто-то дрочит, но это его уже давно не раздражало. Больше всего он не мог терпеть, когда пердят, а пердел весь барак. Он крикнул в темноту, чтобы прекратили людей травить, а то всем чепики позабивает в задницу. Потом выругался на всех матом и наступила тишина. Жовтисенко уснул. Ему снилась казахско-французская война.

Глава 2

ИК-3.

Этап

Васильеву нравились такие рабочие дни, как сегодня, потому что будет интересно. Приедет сборный этап из разных регионов и разных колоний. Управление раз в месяц проводит рокировки, этапируя народ между лагерями. Понятно, конечно, чтобы агентуру свою дальше прокатить и бабла поднять с желающих сменить место жительства. Некоторых наоборот проучить, чтобы денег не жалели. Васильев любил пообщаться с новыми осужденными. Порой приезжают такие клоуны, что в цирк ходить не надо, он приезжает сам.

По этапу зэков у нас не били, палкой укажут направление без удара и не более того.

У нас порядок в зоне строится на диалоге. Если кто-то не догоняет, что такое нормальное общение, такого дурака осаживают сразу и причём резко. В зоне все знают самое главное правило — не буди лихо, пока оно тихо, делай, что должен и сиди дальше.

В изоляторе режимники проводили досмотр вещей. Спецотдел проверял личные дела. Васильев сидел в кабинете и принимал по одному осужденному на беседу. Необходимо понять кто приехал, зачем приехал и что у него твориться в голове.