Потом его голос затих. Джонатон заглянул в гостиную и увидел, что Понсонби уже свалился под стол. Буллион продолжал наполнять бокалы тех, кто еще держался на ногах. Майор Стенби уже качался, как маятник, и вдруг опустился на стул, не сел, а скорее упал. В следующую минуту голова его стукнулась об стол.

Понсонби поднялся с пола, как Лазарь, восставший из гроба.

— Он уже готов? — спросил он Хартли.

Хартли приложил палец к губам в знак предостережения. Он взял Стенби за плечи, встряхнул его и пробормотал ему в уху:

— Еще одну, Стенби, за Его Величество.

Стенби даже не пошевелился. Подмешанное в бренди снадобье сделало свое дело.

Понсонби приподнял Стенби за волосы, взглянул на его закрытые глаза и отпустил. Голова ударилась о столешницу.

— Все. Он спит. Пойдем, — сказал Понсонби.

Хартли довольно ухмыльнулся.

— Буллион, вы молодец, — сказал он, передавая хозяину гостиницы кожаный мешок, в котором позвякивали монеты. — Если вы будете так добры, что достанете наши деньги из сейфа, я скажу леди Крифф, что все готово к отъезду.

— Мне нужно положить в сейф одну вещь для Стенби, — спохватился Понсонби и выбежал из гостиной.

Джонатон бросился наверх, как только услышал слова Понсонби. Он даже не постучал к Мойре, а просунул голову в дверь и сказал:

— Ты ошибалась, сестра, Хартли в данный момент добывает твои деньги из сейфа. Сейчас он будет здесь. Не стыдно тебе, что ты ему не верила? Я же говорил: он парень что надо.

Джонатон выбежал в коридор, чтобы распорядиться о чемоданах.

Мойра не могла поверить своим ушам. Значит, он не шутил! Сейчас он придет! Неужели кончился ужас последних четырех лет?! Еще минуту назад казалось, что этот кошмар будет длиться вечно. Когда раздался стук в дверь, она встала, словно в полусне, и пошла открывать. Вошел мистер Хартли и передал ей кожаный чемоданчик.

— Это ваши деньги. Двадцать пять тысяч, — сказал он, открывая замок.

Мойра едва взглянула на деньги.

— О… благодарю вас, мистер Хартли, — произнесла она обессилевшим от волнения голосом.

— Рад служить, мисс Тревизик.

Они стояли, глядя друг на друга, не произнося ни слова. Наконец Мойра сказала:

— Вы очень великодушны, — сказала она, не отрывая взгляда от его лица.

Хартли вдруг широко улыбнулся.

— А я думал, что леди Крифф будет щедрее на благодарность, — хитро сказал он, поставил чемодан в сторону и взял Мойру за руку.

— Вы думаете, наверное, что я ужасная женщина, — сказала Мойра, покраснев при воспоминании о грубостях, которые успела наговорить ему за эти дни.

— Естественно. Очень непорядочно было пытаться вернуть то, что у вас украли, не говоря уже о смелости и решительности, которую вы проявили, вступив в поединок с одним из величайших мерзавцев Англии.