Вчера, после того, как Доф объявил мне, что вариантов других просто нет, и если я откажусь, то ничего не изменится, кроме того, что пострадают оба брата, а меня все равно выдадут замуж, я не хотела, но смирилась с неизбежностью.

Мужчины выделили мне комнату в доме, чтобы я могла отдохнуть. Доф сказал, что все организует. Но о том, как я попала в мир, братья расспросить не забыли. Скрывать мне было нечего, поэтому я рассказала все, как было на самом деле.

— Значит аса не смогла принять свою судьбу. Неожиданно. Обычно их учат смирению с детства, — удивленно сказал Доф.

— Сложно смириться с такой судьбой, — выразила я свое отношение.

— Но необходимо, — настоятельно заметил Доф, намекая, что пусть Марисандра и не справилась, а мне придется.

— Тебе не кажется, что это жестоко?

— Не я это придумал, — вполне справедливо заметил законник. — Ты должна понять. Если ты не пойдешь на отбор, полетят сразу все наши головы.

— И моя? — удивилась я. До этого мне все время говорили, что меня-то просто замуж выдадут. А тут “голова”.

— Мне казалось, для тебя что замуж, что на эшафот, — ухмыльнулся законник, а я насторожилась.

— Смотря за кого замуж, — подумалось мне, вспоминая, что в этот мир-то я как раз и попала, потому что замуж не захотела выйти. — Некоторые предложения крайне близки к смерти.

— И то верно. Но я обещаю тебе, Марисандра, — сделал акцент на моем новом имени мужчина, — я подберу тебе нормальные варианты. Твое дело будет лишь выбрать их. На это я, к сожалению, повлиять никак не смогу.

— А этот выйдет чистеньким и сухеньким? — недовольно скривилась, взглядом указывая на Мориса.

"— Считай это его врожденным даром, — не менее разочарованно, чем я, произнес законник. Видно было, что братец порядком уже и ему потоптал больные мозоли. Да вот только проучить возможности не было.

— Раз на этом ваша зависть иссякла, предлагаю идти спать, — вклинился Морис. — Завтра у всех нас важный день. Доф проведет церемонию, ты обретешь свою судьбу, а я прослежу, чтобы вы где чего не напортачили.

— Морис! — в один голос возмутились мы с Дофом.

Так я и проснулась в новом дне, который не планировал принести мне особо что-то приятное в жизнь, хоть и обещал изменить ее кардинально.

Первой неожиданностью стало платье, которое я обнаружила, открыв глаза. Чего я не ожидала, так это женского гардероба, еще и с утра пораньше в холостяцкой берлоге. Но отказать себе в удовольствии его надеть я не смогла. Оно было чудесно — белоснежное, легкое, словно из шифона. Несколько слоев делало его больше похожим на официальное или нарядное, а не на домашнее. Аккуратный вырез декольте открывал ровно столько, чтобы это было красиво, но не пошло.