Сейчас, будучи беспомощной, я совсем не хотела оставаться с Дэйсом одна, мне отчаянно хотелось крикнуть Бирану, чтобы он остался. Но язык по-прежнему меня не слушался.

Так что я молча наблюдала, как Дэйс садится на кровать, проводит подушечками пальцев по моей щеке, подхватывает выбившийся из хвоста длинный золотистый локон и, медленно поднимая к себе, целует его, а затем накручивает на палец.

— Поспи час, — тихо шепчет он, — тебе нужно восстановить силы. Ты удивительная. Еще удивительнее, чем я думал…

И кладет ладонь мне на лоб, погружая в забвение сна.

Следующее мое возвращение оказалось каким-то болезненным и резким.

Я открыла глаза — сын плакал и явно давно, заходясь рыданиями. Подскочив, я было бросилась к нему, но чуть не упала.

— Полегче, не так быстро! — Дэйс подхватил меня на руки, не позволив слететь с кровати. — Садись, я сейчас подам тебе ребенка."

"Я неуклюже села, тело все еще плохо слушалось. Чародей тем временем достал из корзины ребенка и передал мне.

— Отвернись, — попросила я, распуская шнуровку на груди. Оголяться на глазах этого мужчины казалось провокацией.

Дэйс с усмешкой поднял бровь, но просьбу выполнил, усевшись на любимую табуретку к нам спиной.

— Ты говорил, у меня нет чар, — тихо сказала я, наблюдая, как малыш успокаивается у груди, наверное, очень голодный.

— И сейчас говорю, — не оборачиваясь, ответил чародей.

— Тогда что это было?

— Твоя родовая способность — взаимодействие с водой. Она тебе подчиняется. И то не всегда, а в определенных случаях. Это не чары. Это как тонкий музыкальный слух или умение художника видеть десятки оттенков красного. У тебя есть связь с водной стихией, когда нужна помощь — она поможет.

Но без крайней нужды ты, например, опреснить или подогреть воду не сможешь.

— А почему ты не рассказывал? — устало спросила я. Все наши с Дэйсом отношения строятся на его недомолвках, о каком доверии может идти речь? — Ведь и в купальне проявилась она, неужели ни ты, ни Лем не в курсе этой особенности принцессы?

— Ты не спрашивала, — пожал плечами Дэйс. — Я точно знал о ее способности, Лем, думаю, догадывался. Но зачем тебе об этом знать? Лему не хотелось брать ответственность за твое обучение, а я не видел смысла рассказывать все раньше времени.

— Но ведь это спасло нас сегодня, — заметила я.

— Я знал, что, если опасность станет реальной и неизбежной, ты начнешь взаимодействовать с водой и без моих подсказок и наставлений. Это часть умений твоей предшественницы в этом геле, которые всплывают по мере необходимости, как рефлексы. Об этом свойстве некоторых правителей мало кому известно, только самим наследникам древней крови, которые наличие и вид своих способностей скрывают, и истинным, сильным чародеям.