— Ведьма, как давно я ждал этого момента, — тянет Алекс, подкладывая ещё несколько веток мне под ноги. — Знаешь ли ты, как больно сопротивляться зову крови? Как мучительно изо дня в день существовать рядом с ведьмой и сохранять ей жизнь?"

"Его лицо искажает судорога, но быстро оно снова становится расслабленным. Мои мысли мечутся загнанным зайцем, не понимаю, что мне делать. Как остановить это безумие?

— Почему ты это делаешь? — спрашиваю дрожащим голосом. — Где мой мистофель?

— О своём питомце не волнуйся, пока он просто усыплён. Если я так и не научусь слышать его… Слишком редкое создание, думаю, что его шкура будет прекрасно смотреться в качестве коврика в моей комнате, — зловеще смеётся Алекс собственной шутке, а затем вкрадчиво продолжает: — А делаю я это по зову собственной души. Потому что я — потомок самого сильного карателя. Основоположенника инквизиторского движения. Мой род десятилетиями боролся с такими как ты, стараясь уничтожить зло, что поселилось в Олленде, отравив мир собой. Были, конечно, и отступники в моём роду, но их жестоко наказывали. Мои гены требовали, чтобы я расправился с тобой ещё в ту минуту, когда почувствовал в тебе ведьминскую силу. Но я боролся и ждал, наблюдал за тобой, загоняя в угол.

— Нет-нет, Алекс, — мотаю я головой, зажмуриваясь. — Ты не такой. Не каратель. Ты же очень добрый парень, который помогал мне всё это время и направлял, сохраняя мою тайну.

Широко раскрываю глаза, впериваясь взглядом в того, кого считала своим хорошим другом.

— Возможно, так казалось с твоей стороны. — безразлично пожимает плечами Алекс. — Но всё это — ложь. Лишь иллюзия заботы и доброты. Я не смогу жить, зная, что где-то на свете здравствует и процветает одна из проклятого рода ведьм. Мои гены, кровь текущая по моим венам просто не позволят мне, сжигая изнутри, разливаясь болью, с которой мне всё сложнее справляться.

— Алекс, пожалуйста, — молю я, надеясь вразумить оборотня. — Как же Николас? Брендон? Твои брат и племянник будут страдать, если ты убьешь меня. Неужели ты сможешь равнодушно смотреть на это? Давай поговорим, найдём другое решение.

Вижу проблеск человечности, мелькнувший в льдинках голубых глаз, но он тут же исчезает, скрываясь под маской безразличия.

— Брендон найдёт достойную себя волчицу, которая сможет стать прекрасной мамой для ещё очень юного Ника, который забудет тебя. Я не виноват, что брат всё время выбирает не тех женщин, все его пары приносят ему боль, — выплевывает Алекс.

— Но ты же сам подталкивал меня к Брендону… зачем? — шепчу я, все ещё не понимая, мотивов некоторых поступков Алекса.

Я надеюсь, что удастся разговорить его, возможно, убедить отпустить меня, помиловать.