Малышки, которая, тихо вздохнув, превратилась в человека и, соскользнув с валуна, замерла у его подножия.

— Поднимайся скорей, — я протянула к ней руки, — все в воде и крови, простынешь!

— Я дочь Хранителя Севера, — тускло произнесла девочка, — я не боюсь холода.

— Все равно вставай, а то я тоже в эту грязь сяду, — шутливо пригрозила я.

Энни, тихо вздохнув, поднялась. Она все так же прятала взгляд, сутулилась и держала руки за спиной.

— Мне жаль, что вы пострадали из-за меня, леди Фредерика. — Дракошка низко поклонилась. — Я восстановлю силы и подниму вас наверх.

— Энни, — я подобралась поближе к ней, — тебе нельзя поднимать тяжести. Твои крылья…

— Я не имею значения.

Тут мне стало кристально ясно, что в словах Лерро был смысл. Девочка явно не сама упала в расщелину. И крылья ее были повреждены не просто так.

— Ты имеешь значение, — упрямо произнесла я, лихорадочно соображая, как же вывести малышку из этого состояния.

— Вы не знали, кто тянет из вас силу.

— Зато я знала, ради кого режу руки, — четко проговорила я. — Мы познакомились во сне, помнишь? И Лерро мне о тебе рассказал. Не утаил ничего.

— Моя мать обманом забеременела от моего отца. — Дракошка подняла на меня пустые глаза. — Нонна говорит, что папа должен жениться. Только нонна не знает, что папе трижды отказывали! Из-за того, что я есть! Я все порчу!

Она заплакала. По детскому лицу катились крупные, совершенно не детские слезы. Она не хлюпала носиком, нет. Она даже дышала едва слышно!

— Тебе это папа сказал?

— Я подслушала. — Она ладошкой оттерла с лица слезы. — Я люблю папу и хочу, чтобы он был счастлив.

А я… А я, кажется, нашла правильные слова для малышки:

— Тогда ты должна быть с ним рядом. Он выбрал тебя. Был бы он счастлив с драконицей, которая его не уважает?

— П-почему не уважает? Мой папа — Хранитель Севера!

— Да, — кивнула я, — и твой папа однажды принял решение — любить тебя и растить. И тут появляется драконица, которая говорит целому Хранителю Севера, что он не прав. Что он ошибается. Что она, самая важная драконица, будет указывать ему, какому-то Хранителю Севера, что он должен делать. Ведь сам он глупый и не знает, как правильно жить.

Девочка задумалась. В детской голове никак не укладывалась идея о том, что ее любимый папа может быть глупым.

— Никто не может говорить папе, что ему делать, — проронила в итоге Энни.

— Да, я тоже так думаю. Я слышала, что Харелт Фойртелерн — самый успешный Хранитель Севера за последние столетия.

Мы помолчали, и я осторожно, не желая спугнуть правильные мысли, добавила:

— Так, может, ошиблись те драконицы?

— Меня рвали на части, — Энни обняла себя за плечи, — за то, что моя мать…

— Тебя рвали на части жестокие, глупые дети, — я открыла руки, приглашая дракошку в объятия, — дети жестоких и глупых родителей.