– Нет, конечно, просто я так переключаю его внимание с незнакомой обстановки и с тебя. Он дольше сходится с людьми, не злись.

Захар вздергивает бровь.

– С чего бы я злился? Я не жду, что дети с разгону прыгнут ко мне на шею. Прекрасно понимаю, что нам всем нужно время, чтобы получше узнать друг друга и привыкнуть, что мы есть в жизни друг у друга.

Стараюсь не вытаращить глаза после таких слов.

Надо же… я не ожидала, что Захар скажет подобное, но тем не менее… сказал. И очень даже правильно все понял.

– Отлично, я рада, что ты это понимаешь.

Обнимаю ещё раз крестную.

– Тебе осталось место только впереди, – Захар кивает на переднюю дверь и садится за руль.

Фыркаю.

– Да уж, джентльмен такой, – крестная рядом тоже смеется.

– Главное, чтоб к деткам хорошо относился.

Усаживаюсь и машу крестной в окно. Она снова стирает набежавшие слезы, и машина трогается.

Захар косится на меня.

– Тоже плакать будешь? – выводит из задумчивости своим вопросом.

Поворачиваюсь к нему и вопросительно выгибаю бровь.

– Могу и расплакаться. Я впервые так надолго уезжаю из дома.

Захар выворачивает на главную трассу и набирает скорость.

– Ты же не навсегда, да и можешь ездить, когда захочешь.

Прищуриваюсь и облокачиваюсь на подлокотник между нами. Оказываюсь ближе к его лицу, и Захар напрягается, но с дороги не сводит глаз.

– Ты, вообще, знаешь, что такое привязанность к человеку?

Волков недовольно сжимает губы.

– Как бы это ни звучало странно и несвойственно для меня, но я знаю даже, что такое любовь.

– Неужели? Любовь к деньгам?

Захар недовольно фыркает и качает головой.

– Давай без нотаций.

Поднимаю руки.

– Да что ты? Какие нотации? Увольте, ты взрослый мальчик, знаешь, как правильно жить и что делать.

– Вот именно, – припечатывает, ясно давая понять, что разговор окончен."

"Складываю руки на груди и отворачиваюсь к детям. Хотя чего я от него ждала? Каких слов?

Вот уж точно Волков и откровения – это несовместимое. Ева с Егором с интересом наблюдают за тем, как пролетают кусты за окном авто. Егор при этом с причмокиванием облизывает кулак.

– Молодой человек, а вы не боитесь так в открытую наслаждаться поеданием своей ручки? – напускаю на себя строгости.

Егор замирает и переводит на меня большие серые глаза.

Захар за рулем посмеивается.

– Вот же хитрюга. Правильно-правильно, с женщинами так и надо.

Выгибаю бровь.

– Как так?

Волков тут же затыкается, а меня разбирает любопытство.

– Улыбаться и глазки строить?

Захар пожимает плечом.

– Типа того. Можно при этом ещё зажать её в темном уголке и заткнуть, чтоб не сопротивлялась сильно.

Открываю рот от шока. А этот гад мне подмигивает и смеется.