Но от этого панические нотки не становятся тише. Это же с ним под одной крышей. Мы тут во время редких встреч-то кусаемся как кошка с собакой, а когда будем видеться часто и долго?..

– Думай о детках. Видно, как Ева тянется к отцу.

Поджимаю губы.

– Да, и меня это очень удивляет. Егор как-то, наоборот, с опаской.

Крестная берет на руки Еву и прижимает крепче.

– Просто она почувствовала родную кровь и теперь держится за это чувство. Это нормально, Юлечка. Ты просто не привыкла делить любовь наших малышей с кем-то ещё, кроме меня.

– А если ему надоест или он не справится?

Тетя Люба замолкает, но отрицательно качает головой, на какие-то свои, мне неслышные мысли.

– Не думай об этом, доча. Зачем ты сразу на негатив скатываешься? Вы справитесь, поладите. И будете потом вместе воспитывать деток, как уж там решите.

Киваю.

Да, надо как-то себя в руки брать и не настраиваться сразу на плохое. Захар очень четко дал понять, что не отступит и не отвернется от детей. Не после того, как он о них узнал.

– О, вон, приехал папка ваш, крошки. Так, – крестная переводит взгляд на меня, – ничего не забыла?

– Да, мам, мы же в город.

Если что, куплю все там. Обещаю приезжать на выходных. Да и мы ненадолго туда все же. Всего-то на месяц, или даже меньше.

Надеюсь, что меньше. Полтора месяца с Захаром – это испытание не для слабонервных.

Выхожу на улицу, чтобы пригласить Захара в дом, но натыкаюсь на его серьезные глаза. Он с кем-то разговаривает по телефону и перехватывает мой неуверенный взгляд. Кивает в знак приветствия.

– Да, понял, Назар, – долетает до меня имя его брата, когда выхожу со двора.

Убирает мобильный и окидывает меня хищным взглядом, от которого меня бросает в пот.

– Привет, – нервно убираю волосы за ухо и выдавливаю улыбку.

– Привет, – распахивает заднюю дверь и кивает на два детских кресла, – такие?

– Да, спасибо.

У Захара дергается уголок губ.

– За что спасибо?

В голосе сквозит непонимание. Искоса смотрю на его лицо, он чем-то недоволен, кажется.

– Что ты так быстро нашел кресла детям и что не пренебрегаешь безопасностью, – пожимаю плечами.

Оказываюсь тут же в захвате крепких рук. Охаю, когда в нескольких миллиметрах оказывается лицо Волкова."

"Серые глаза превращаются в грозовые облака.

Ежусь, но стою на месте.

– Это безопасность моих детей, и я не собираюсь на неё забивать, Юль.

Неуверенно киваю.

– Конечно, Захар. Я сказала, не подумав. Дай мне время, хорошо? Мне тоже надо привыкнуть, что теперь я у детей не одна.

Он выдыхает и отступает.

– Вы готовы? – как ни в чем не бывало.

Как будто не хватал меня только что и не прижимал к себе.

– Да, я сейчас сумки вынесу и потом уже детей принесу.

– Много сумок?

Подвисаю. Боже, как назло, эта информация вылетает у меня из головы.

– Ладно, не напрягайся.