Полин чувствовала, что происходит нечто плохое и, прижавшись ко мне, затихла, боясь даже дышать.

Раздался громкий крик и я, напряженная до предела, открыла дверцу и выскочила прямо в грязь, приказав Полин сидеть в экипаже.

Наш возница испуганно встал у меня на пути, расставив большие руки.

— Ваша светлость, остановитесь! Я не пущу вас!

— Уйди! — я бросилась вперед, но он схватил меня и сжал в стальных объятиях. — Отпусти! Я приказываю тебе!

— Нет, — твердо ответил тот, удерживая мое бьющееся в истерике тело. — Меня его светлость прибьет, если с вами что-то случится!

— Клара, успокойся! — меня вдруг выдернули из рук возницы, и сквозь слезы я увидела Филиппа. Он смотрел на меня ласково, но в то же время в его глазах плескалась злость. — Со мной все хорошо!

— О Боже! — я опустила глаза и вскрикнула, заметив кровь, которой было столько, что на меня накатила волна ужаса. — Вы ранены???

— Нет, это не моя кровь, — граф прижал меня к себе и стал гладить по спине, успокаивая этими монотонными движениями. — Все позади, тише, тише…

Ван Дильцы, как и их охранник были мертвы. Мертв был и наш возница, управляющий каретой графа. Ливена ранили в плечо, а у Адриана оказалась глубокая рана на ладони, оттого, что он перехватил руку охранника с ножом. Хенни вся дрожала от страха и расплакалась, увидев меня.

— Они так неожиданно напали на нас! О Клара, это было ужасно!

— Я тебе верю дорогая, — я еще сама дрожала от эмоций переполнявших меня. Полин держалась за мою юбку и смотрела на все происходящее широко распахнутыми глазами.

— Что теперь будет? — меня этот вопрос заботил больше всего. — Вас посадят в тюрьму за смерть ландграфа?

— Надеюсь, что нет, — Филипп говорил спокойно, но это спокойствие не могло убедить меня. — Это он и его брат напали на нас и все, кто присутствовал при этом, подтвердят правдивость моих слов.

— В этот раз не удастся переложить вину на кого-то другого, — добавил Ливен, сидя в экипаже с бледным, как мел лицом. — Слишком много свидетелей.

— Что будет с их телами? — с одной стороны мне стало спокойнее, а с другой я очень переживала. — Вы оставите их в поле?

— Нет, конечно, — ответил граф, с интересом поглядывая на Адриана. — Сейчас мы доберемся до поместья, и я пришлю слуг, чтобы они привезли тела в «Темный ручей». Адриан, а вам я хочу выразить свою огромную благодарность.

— Если бы вы позволили принять ему приход, — шепнула я мужу. — Это была бы самая лучшая благодарность.

— Вы действительно хотите занять место своего батюшки? — с интересом поинтересовался у него граф и Адриан, чувствуя неловкость, тихо сказал:

— Это моя мечта, ваша светлость. Я очень хочу быть пастором.

— Тогда я не вижу смысла отказывать вам, — Филипп похлопал его по плечу, слегка подавшись вперед.