— Принимайте дела Якобса де Класа.

Мы вернулись домой, и в поместье тут же началась паника — завидев кровь, слуги испуганно ахали, тащили тазы с теплой водой, и Ливену с трудом удалось успокоить их, объяснив, что рана несерьезная.

Мне пришлось отвести Полин к фрау Гертруде, чтобы малышка не слушала взрослых разговоров и не пугалась еще больше.

— Что там происходит? — мачеха недовольно поджала губы, намекая на шум, доносящийся снизу.

— Гости приехали, — соврала я и попросила: — Посидите с Полин некоторое время, я позже заберу ее."

"— Конечно, посижу, — проворчала она, гладя девочку по голове. — Она такая славная девочка.

Когда я спустилась вниз, меня ждала новость — муж отправил посыльного к герцогу Огланскому, с которым передал известие о смерти ландграфа.

Мое сердце сжалось, стоило представить, как он отреагирует на это событие, но поступить по-другому не казалось возможным. Не прятать же трупы, в самом деле?

Тела привезли через час, и граф распорядился опустить их в подвал до прибытия человека от принца. Пусть суверен сам решает, как поступить с ними, ведь родственников, кроме Лисбет у ландграфа не было. Осталось только предъявить ее обществу.

Этот вечер был самым неприятным и волнующим из всех, которые мне пришлось пережить здесь. Все были напряжены до предела, и даже разговоры о том, что все закончится благополучно, не могли успокоить меня и снедаемая страшными мыслями, я все время проводила подле супруга.

Хенни тревожилась за рану Ливена, ведь несмотря на то, что она не была глубокой — барона лихорадило. Кто знает, в каких местах был нож, которым его ударили?

Адриан остался в «Темном ручье» дожидаться вестей от принца и ночь прошла в разговорах — бессонная и нервная, сводящая с ума всех нас, даже если некоторые в этом не признавались.

Карета принца показалась на аллее совершенно неожиданно. Возможно, это плотный туман смягчал стук копыт, а возможно и влажная земля, пропитанная его сырым дыханием. Первой ее увидела Хенни и побледнела, прикрыв рот рукой.

— Что случилось? — я начала дрожать, уже понимая, что она увидела.

— Он здесь, — глаза Хенни потемнели, она сжала кулачки и приподняла подбородок. — Клара, мы должны быть сильными.

Оправив платье, я медленно направилась в холл и с каменным лицом уставилась на двери. Вот и пришел тот час, который решит судьбу «Темного ручья».

Глава 55

К моему неимоверному удивлению, я увидела не седого старика, с печатью разврата на лице, а молодого мужчину довольно приятной наружности. Он, как и Филипп носил темные вещи и выглядел довольно внушительно при своем высоком росте. Строгий взгляд и плотно сжатые губы не делали его лицо жестким, а скорее внимательным и думающим.

— Ваша светлость, — он сразу же узнал во мне хозяйку дома.