Извинились перед ней?

— А почему, по-твоему, я тут перед тобой распинаюсь? — начал терять терпение.

— Всё ясно, Артур Станиславович, значит — плохо дело. Но ничего, даже в самой глухой стене можно найти маленькую трещинку. Нужно найти вам совместное занятие.

— Мы вместе с дизайнером планировали детскую. Сейчас проект в работе.

— Это не то… Нужно что-то более продолжительное, — продолжала размышлять Надя.

— Она откажется от всего, что не связанно с ребёнком. Проверено.

— Значит, занятие должно быть связано с ребёнком, — пожала она плечами, и тут щёлкнула пальцами. — Точно, придумала! Курсы для будущих родителей!

— Что? — сомнительно прищурился я.

— То самое, Артур Станиславович!

— Это бред…

— Не бред, а доказательство для будущей мамы, что вам действительно не всё равно на неё и ребёнка. Очень часто мужчины недооценивают очень важные для женщин детали. Да и выбора, судя по всему, у вас всё равно нет.

Я задумался. Стоило лишь представить себя в толпе беременных, которые обсуждают, какие памперсы лучше подходят для нежных попок малыша, у меня волосы вставали дыбом. Но, чёрт возьми, если это реально позволит нам с Юлей сблизиться, я готов попробовать.

— Ладно, Надя. Твоя задача на остаток рабочего дня — найти самые хорошие курсы и рассказать мне о них во всех подробностях.

— А с Нижним Новгородом как быть? — встрепенулась она.

— Соединишь и приступишь. Давай-давай, шустрее. Время, — поторопил её, придавая голосу строгости.

— Бегу, — тут же поторопилась она.

Стоило ей выйти и оставить меня один на один со своими тараканами, как в кабинет ворвался злой и взъерошенный Демьян.

— Какого лешего происходит, Артур? — рявкнул он громко. — Ты ничего не хочешь мне объяснить?!

30-2

Следом вошёл Тимур, но в отличие от Демьяна он остался у двери, предусмотрительно закрыв её от лишних свидетелей переполоха. Значит, пока я думал о ромашках и подгузниках, торги закончились, и ловушка для крысёныша захлопнулась.

Кивнул Тимуру в знак приветствия и окинул Демьяна холодным взглядом. Нажал кнопку селектора и проговорил секретарше:

— Надя, пока отложи звонок, я сообщу, как освобожусь, — а затем обратился уже к своему без пяти минут бывшему безопаснику: — Что ж, Демьян, давай разбираться, что именно я должен тебе объяснять.

Тон моего голоса не предвещал ничего хорошего, и Демьян быстро подрастерял спесь. Переглянувшись с меня на Тимура, он спросил уже тише:

— Артур, я не понимаю. Прямо сейчас меня выставили из кабинета и проводят обыск.

— Прямо-таки не понимаешь? — усмехнулся недобро.

Медленно, секунды за секундами, с его лица сходила вся краска. Тёмные глаза забегали, выдавая первые признаки паники, а голос, которым он произнёс новую фразу, вырвался хриплым:

— Ты не просто так уступил Головину тендер.