С его возвращением я словно обрела потерянную часть себя…

Лепечу, стараясь томностью в голосе перекрыть дрожь. Ощущаю на себе цепкий въедливый взгляд.

— Я бы хотел, чтобы это ожерелье стало символом моего к вам трепетного отношения, ваша светлость, и положило начало чему-то большему.

— Большему? — глаз не поднимаю, демонстрирую смущение, стараюсь незаметно из-под ресниц оглядеться вокруг и молю богов, чтобы Алекс сдержал всё обещание не спускать с меня глаз.

— Разумеется, Эммилина. Я же могу называть вас по имени?

Алекс находится там, где я и ожидаю его увидеть. Там же, где стоял в прошлый раз. Он разговаривает с дио Зейн-Маликом, но смотрит на меня. Ловлю его взгляд. Ощущаю его тревогу. Киваю, маскируя это движение ответом канцлеру:

— Да… мне бы было приятно…

Алекс хмурится, кивает в ответ и что-то активно объясняет Зейн-Малику.

— Кстати, Эммилина, по нелепой случайности меня нет в списке одобренных Его Величеством женихов.

— Оу… какое совершеннейшее упущение со стороны дядюшки.

— Верно. Думаю, пора исправить это. Если не возражаете, мы бы могли прямо сейчас сообщить Его Величеству о вашем желании добавить меня в список. Не думаю, что стоит с этим тянуть.

Эк, шустрый какой. Интересно, он всё ещё проверяет меня или уже проглотил наживку?

— Как скажете, господин канцлер, — прячу эмоции за своей кукольной маской, растягиваю губы ещё шире.

— А на завтра я приглашаю вас отужинать в моём имении. Я сам пришлю за вами карету.

Как понимаю, его уже даже не интересует моё мнение. С каждым новым высказываением канцлера ощущаю, как меняется тон его голоса. От заискивающего и слащавого до всё более уверенного и не терпящего возражений.

При мысли о том, что сейчас я могла бы на самом деле радостно соглашаться с каждым его заявлением, меня едва не начинает мутить.

— Ох, ваше приглашение… это так неожиданно… — пара глубоких вдохов, помогает почувствовать себя лучше, — и волнительно… хотя и довольно дерзко, учитывая, что это слегка нарушает нормы этикета.

— Думаю, для вас, Эммилина, это не станет проблемой. С учётом того, что вы позволили постороннему лорду гостить в своём имени и даже остаться на ночь, ужин со мной будет выглядеть довольно невинно.

Вот это поворот. С другой стороны, чего-то такого следовало ожидать. Алекс сказал, что подобное допускается, но не поощряется обществом. Похоже, моё голубоглазое сиятельство всем “потенциальным женихам” встал поперёк горла...

“Моё”... от мысли, что он может в итоге быть вовсе и не “моим” горло болезненно сжимается, а лёгким снова не хватает кислорода. Только сейчас понимаю, насколько боюсь предстоящего разговора. Боюсь услышать “ну ты же понимаешь, моя хорошая, что отношения аристократов строятся на выгоде для обеих сторон”.

Я всё пойму...