А знаете ли вы происхождение своего рода? – оживился Профессор. – Каплан, Kohen означает «священник». Евреи делятся на потомков пророка Аарона, священнослужителей «kоhеn», и потомков колена Леви, «левитов», служителей Иерусалимского храма. Звание священника передавалось по наследству... Так что вы, Лиля, потомок раввинского рода... Еврейская кровь древнее нашей, славянской, славян еще не было, а вы прошли через Грецию, Рим... Известно ли вам, дорогая, что в иудаизме и христианстве заложено совершенно разное отношение к физической любви?.. Христианину говорится: да, ты можешь плодиться и размножаться, но не вздумай делать это с радостью – тебе разрешен только супружеский долг, лишь для продолжения рода.

.. А в иудаизме говорится, что в каждом любовном акте присутствует Бог и любовь существует сама по себе, для любви, для радости... Не сочтите за бестактность, милая девочка, что я напоминаю вам о нашем близком знакомстве, но я сразу же понял, что вы еврейка, – от вас просто исходят флюиды особенной сексуальности, свойственной еврейским женщинам... Славянки не способны к такой эротической смелости, какую проявили вы. .. ну-ну, не краснейте, на самом деле я вас образовываю, душа моя...

Лиля улыбнулась снисходительно: самый умный мужчина и он же самый глупый...

Когда они вернулись в комнату, – Профессор с непроницаемым лицом и Лиля с гордо поднятой головой, Лисица тут же подсела к Лиле и прошептала:

– Милая девочка, не воображайте лишнего, вы интересны для него только физически, если вы согласны так понимать его, то он сможет многое дать вам.

Лиле очень хотелось уйти, но она высидела до утра, отчего-то ей казалось важным выдержать любопытные взгляды – что это за бездумная птичка в бальном платье, залетевшая в чужую взрослую компанию, чтобы на скорую руку потерять девственность?

.

..Все это как будто происходило не с ней, а она, Лиля, все больше и больше наливалась непролитыми слезами... Какое право он имел сказать ей так свысока, противным менторским тоном: «Вы еще так юны, и непременно кого-то полюбите, и отдадите ему свою невинность по любви, а не по разумному выбору»?! Как он посмел разговаривать с ней словно она маленькая несмышленая дурочка!

В конце вечера Профессор нарисовал маленькую картинку и подарил ей, на рисунке была девушка в бальном платье с испуганными глазами.

В углу картинки была зашифрованная надпись – «милая, прелесть»..."

"– Вас, я понимаю, всего лишь томило девичество или придуманная любовь, но я мог бы быть вам полезен, вам нужен друг, духовный руководитель, – сказал он. – Я хотел бы развить вас, как хотел бы вырастить прекрасный цветок.