Но разве нормальный человек при нормальных условиях ляжет на улице в грязь и будет пить из лужи? Или даже из стакана, края которого захватаны десятком губ?»

– Но тут я не вполне согласен с Лениным, жажда может быть настолько сильной, что захочется выпить и из чужого стакана, и из лужи... Вы как считаете? – требовательно, как студентку на экзамене, спросил он Лилю.

– Да... нет... не знаю, – как не вполне уверенная в своих знаниях студентка, ответила Лиля и, тут же сообразив, какой она выглядит дурочкой, решительно, как нырнула в прорубь, поправилась: – Я пока еще не вправе судить, насколько сильной может быть половая потребность.

Лисица, да и все остальные женщины посмотрели на нее неприязненно, а Профессор одобрительно кивнул – умница, и, прервавшись на сардинку и ломтик сыра, продолжил:

– Социально-биологическое направление выдвигает идею регулирования половой жизни путем искусственного подбора половых партнеров – с целью улучшить породу. Боюсь, что это чушь для пролетариев. Ну, а третье, грубо-экономическое направление считает, что брак необходим, но для заключения брака нужна не любовь, а прочная материальная база.

Он говорил о сексуальной свободе: жена должна приветствовать измены своего мужа, а муж относиться с радостью к изменам жены...

– Одну женщину я могу полюбить душой, а к другой испытывать только желание, – заметил Профессор. – Так отчего же я должен отдать свое единство Эроса одной из них, а не обеим одновременно? Почему я должен рвать свою душу на части, вместо того чтобы любить обеих и испытывать при этом всю возможную полноту бытия?

– Мне кажется, вы испытываете всю возможную полноту бытия, – едко и обиженно проговорила Лисица, очевидно на что-то намекая.

– Дорогая, суть тройственного союза не пошлость, не сексуальная распущенность, а совершенно особый союз душ – союз, не подверженный внешним воздействиям, настолько крепкий, что его не разбить посторонним. Такой союз – это крепость, которую не взять никаким врагам... Философской основой тройственных союзов являются изыскания Соловьева. Союз двоих понимался им как «неправильная» замкнутая структура, но если пара делится своим счастьем с третьим, то их семейная идиллия становится близкой к Богу.

Лиля представила, как Ася, Дина и Павел Певцов живут в мйnage а trois, и фыркнула – что-то не получалось, наверное, тройственный союз не всем подходит.

После ужина стали играть в игру – тянуть билеты, кто кого из кавалеров вытащит. Лиля хотела отказаться, она как будто вся состояла из напряженного позвоночника, и не было в ней сейчас того победительного азарта, огня, который дал бы ей возможность блеснуть – сыграть сценку или еще что-нибудь в этом духе.