— Не неси ерунды, Лер, — отрезает он, устанавливая передо мной тарелку с яичницей и ровно поджаренными сосисками. — Ты можешь быть какой угодно, но только неглупой. Стал бы я за тобой столько таскаться, если хотел бы свинтить?

— Не стал бы, — ворчу.

С удовольствием накидываюсь на завтрак. Тимур тоже ест, но глаз с меня не сводит.

— Останешься в отделении, — раздает приказы. — Миша с подполом за тобой присмотрят, пока меня не будет.

— Ладно, — буркаю с набитым ртом.

— Страховку на машину расширил, можешь пользоваться. Ключи на тумбочке, бензин девяносто второй, если будут проблемы ,Миша знает все тонкости с ремонтом и запчастями.

Я пытаюсь справиться с удивлением и восторгом. Вскакиваю с места и усаживаюсь к нему на колени. Целую коротко в губы и пищу.

— Агриппина сказала, ты неплохо водишь, — отвечает он на мой вопрос в глазах. — Только не вляпайся и не угробь никого.

— Постараюсь, — скромно выговариваю.

Внутри предвкушение копится. Собственная машина. Я о таком и мечтать не могла, хотя водить мне нравится, и действительно, на курсах по вождению, которые я проходила от института, инструктор постоянно нахваливал и называл «прирожденным водителем».

— Спасибо, — улыбаюсь широко и беззаботно договариваю. — Теперь можешь ехать…

Тимур усмехается и поднимается вместе со мной.

— Только после прощального секса.

— Трахаться за машину? — хохоча подвизгиваю, пока он несет меня в единственную комнату.

Кидаю взгляд на аквариум.

— О, ты купил новые водоросли.

— И новых рыб... Твои сдохли.

— Ох… — вздыхаю, падая на диван и расстегивая пуговицы на кофте. — Мог бы и не говорить Тимур, я бы все равно не заметила. А теперь буду горевать по усопшим.

— Не мучай их души своими слезами, — выговаривает он философски, снимая трусы.

— Боже, — закатываю глаза. — Ты такой богохульник.

Наши шутки даже отвлекают меня от того, что через пару часов в этом городе Тимура уже не будет.

Я обязательно поплачу об этом сегодняшним вечером, а сейчас поскорее избавляюсь от одежды и принимаю вес его тела на себя. Между ног тянет так, что, кажется, оргазм уже близко, но я закусываю губу, прикрываю глаза и пытаюсь всяко-разно его отсрочить, понимая, что в данный момент мне гораздо важнее удовольствие Тимура Ивановича.

Он целует меня жарко, вспахивает языком чувствительные соски и путает мои волосы-антенны. Хрипло шепчет нежности вперемешку с пошлостями, от которых я наверняка краснею и пьянею.

А потом мы кончаем в унисон. Так ярко, как никогда до этого.

Предстоящая разлука будто бы заставляет нас жить в данный момент с приставкой «х2». Во всем. В том, как жадно мы целуемся после секса или как, смеясь, намыливаем друг друга в душевой кабине потом.