— За счет заведения. — И уточнил напряженно моргающим троллям. Всем троим: — То есть, совершенно бесплатно.

Тролли синхронно нахмурились, а съеденная парнем бибуля явственно попросилась обратно в горшок…

Гилберт чуть поерзал на лавке, стараясь унять взбунтовавшейся живот, но получилось только привлечь к себе внимание.

— Ббули!? — тролль сильнее нахмурился, настойчиво тыкая пальцем в Гилбертов горшок. — Т-же см-ое! — категорично потребовал он.

— Бибулей нет, — проявляя рискованное геройство, оповестил посетителей Фласк.

Рваное ухо покрылся тревожными бурыми пятнами.

— Эт шт-о? — с угрозой проревел второй тролль, смердящий Тикейским болотом.

Гилберт поближе подтянул к себе горшок и, обжигаясь, проглотил сразу два мясных кругляша — помирать так уж сытым.

Тролль с рваным ухом уставился на Фласка.

— Ббуули ест! — сказал неожиданно четко, тыкая пальцем в Бертов горшок, и шумно втянул пряный мясной аромат расплющенным носом.

Гилберт проглотил еще две, обжигая язык, уже совсем не чувствуя вкуса.

— Могу предложить вам лепешек, — невозмутимо проговорил Фласк. — В нашем постоялом дворе уважаемым гражданам подают только свободные продукты. Все злаки выращены на свободной земле Фритана, абсолютно без принуждения. Хочешь расти, хочешь не расти, никто заставлять не будет. — Фласк странно вращал глазами и дергал лицом, посматривая на Гилберта, но парень никак не мог взять в толк, что за тик такой приключился с нормальным вроде всегда толстяком. — Птицы подстрелены в полете, никаких домашних кур, воспитанных в рабстве. Все самое свежее. Желаете независимой капусты? Взращена вовсе без прополки. С нее даже гусениц не собирали. Все в самом натуральном виде.

Посетители переглянулись с тревожным сомнением, таким, что Берт на мгновенье уверился, пронесет, и Фласк накормит их лепешками с уткой. И напоит тем самым чаем с самым вольным во Фритане бодылем. Но граждане не спешили соглашаться на замену.

— Ббуули ест! — наконец громоподобно решил тролль и приблизился к Гилберту вплотную.

Парню опять закололо лицо и пальцы …

— Н-у? — раздалось укоризненное над ухом, — Ест б-ули! А т-ы г-шь н-эт!

— Б-ули! Жрат! — послышались благодушные голоса из центра едального зала.

Свободные граждане с аппетитом принялись за содержимое появившихся на столе перед ними горшков.

— Спаси, Предивная! — яростным шепотом выдохнул старина Фласк, одной рукой осеняя свой колыхающийся живот охранным знамением, другой выволакивая Гилберта из-за стола. — Жить надоело? Ты почто, обалдуй, чужой горшок с мясом припер?! Тут что написано? — ткнул его за ухо в темную деревянную табличку, что едва различалась на закопченной стене, — «Еда и напитки навынос»! — с опаской оглянулся на троллей.