Саньке привязанность Лба льстила. Сергею было все равно. Даже теперь, глядя, как покрасневший, возможно впервые в жизни, Лоб со стыдливой поспешностью втискивает свою тушу обратно за парту, он не испытывал ни особой радости, ни особой жалости. Он почувствовал лишь легкое удивление от того, что моль оказалась с характером...

* * *– Ну что, Полина Мстиславовна! С боевым крещением тебя! – Света озорно хихикнула. – Говорят, ты злостного хулигана Лбова под орех разделала! Поздравляю, мать! Немногим это под силу.

– Кто говорит? – удивилась Полина.

– Да вся школа говорит.

В старших классах только и разговоров про то, как ты его раскатала, – Света сощурилась. – Признаюсь, я от тебя такого не ожидала.

Вообще-то Полина и сама от себя такого не ожидала. Перед своим первым в жизни уроком она волновалась так сильно, что почти лишилась дара речи. Насмешливая реплика одного из учеников деморализовала ее окончательно. Во всяком случае, она так думала. А потом с ней что-то произошло. Растерянность сменилась холодным бешенством. Она, Полина Ясневская, не позволит унижать себя какому-то прыщавому переростку.

Ядвига ни за что не спустила бы такого. И она не спустит...

Ответный удар был не слишком элегантным, зато весьма эффективным. Может быть, работа учителя не так уж и страшна...

– А что с Генриеттой? – спросила Света.

– Ничего. – Полина раздраженно поправила очки, которые все время норовили сползти на кончик носа. – Сказала, что у меня изменчивая внешность."

"– Так кто бы спорил! Но знаешь, что я тебе скажу, по-моему, намного проще чучело превратить в красавицу, чем наоборот. А ты вон каких высот достигла!

– Очень спорное высказывание.

– Ну, так давай поспорим!

Полина улыбнулась.

– Извини, Света, я бы с удовольствием поспорила, но на сегодня с меня споров достаточно. У меня дела еще...

Полина вышла из автобуса, не доезжая до дома четыре остановки: решила зайти на почтамт, позвонить Ядвиге.

После короткого разговора с тетей она почувствовала себя намного увереннее, точно жизненная энергия Ядвиги могла передаваться по телефонным проводам. Дома все было по-прежнему. Мама с головой окунулась в светскую жизнь, отчим раз в три дня заезжал к Ядвиге, тщетно пытаясь выведать что-нибудь о Полине.

Вальдемар покинул Москву. Поговаривали, что он впутался в какую-то грязную историю и теперь вынужден скрываться.

Получалось, что теперь Полина могла спокойно возвращаться обратно: с исчезновением Вальдемара пропали и ее проблемы. Но это только на первый взгляд. Отчим не успокоится. Вполне вероятно, что он уже подыскивает ей новую партию. И потом, вернуться в Москву – значит расписаться в своей беспомощности и инфантильности, дать отчиму еще один козырь. Нет уж, она останется.