— Нам бы хоть по горсточке получить. — снова заканючила Инга. — Слышишь, Марфунь, совсем по чуть-чуть!

— Да у меня нет ничего, — Марфа не скрывала потрясения от вида старых знакомиц. — Мы не нашли… точнее нашли — и забыли в пещерах…

— Так мы и поверили! Тебе что, жалко? Много не просим, только, чтобы покрыть нужду.

— Марфа не врёт, — Монах старался смотреть только на Ягиху. — Мы действительно собрали лунное молоко и в суматохе оставили внизу. Его там полно. Это обычная плесень.

— Ври да не завирайся! — оборвала его Ягиха. — Не стоило тебя в подпол… нужно было сразу — в печку!

— А я говорила! А я хотела! — бывшая Пална зашипела на ухо главной.

— И я хотела! И я! — поддержала её Незабудка. — Сами сбегнуть они не могли. Как вернёмся — Ерошку допросим.

— Распотрошим! В супу сварим предателя! Без его помощи точно не обошлося!

— Наслушались? Налюбовались? Могу продолжать? — ключник начал медленно потирать ладони, и пленницы разом лишились голосов, и следом рухнули на колени. Их начало гнуть и корёжить, деревянный обрубок Ягихиной ноги отстукивал по полу неистовую дробь. Вывалив красный язык, Инга скребла когтями по дереву, пытаясь подползти к дверям.

— Что вы делаете? — Юлька не смогла выдержать жуткой картины. — Зачем мучаете их?!

— Печать замыкаю, чтобы навсегда…

— Перестаньте! Прошу вас! — Марфа повисла у ключника на руке, прервав ритуал. — Отпустите их, они вам ничего не смогут сделать!

— Пожалели Ягиху? — изумился ключник. — Она вас точно не пожалеет! Попадёте к ней — изжарит и съест!

— Не попадём. Мы теперь научены! — Юлька тоже подошла к колдуну, встала рядом с сестрой. — Вы же такой… всемогущий! Пожалейте тех, кто слабее!

— Без… молока… не уйдём!.. — прохрипела с пола Ягиха.

— Не уйдём! — поддержала её Инга-двоедушница. — А не дашь — так добивай!

— Мы будем хорошими! Чем хошь поклянёмся! — прохрипели на два голоса головы Палны и Незабудки.

— Я голосую за «отпустить», — Монах поддержал сестёр в их просьбе. Он прекрасно понимал, что подобные сущности никогда не переменятся, но отчего-то тоже жалел их.

— Молоко… дайте… — снова простонала Инга.

— Да дайте вы им этого молока! — не выдержала Марфа. — Если его у вас много — почему не поделитесь? Боитесь?

— Ты что, ты что! — замахал из угла лапами бобровой. — Хозяин ничего и никого не боится! Как можно даже подумать о таком!

— От меня они ничего не получат! — ключник досадливо сплюнул и прищёлкнул пальцами. — Так и быть, отпущу. Но если замечу рядом… докончу начатое! Все меня поняли?

— Поняли. Поняли, — залопотали головы старух.

— Куда уж понятнее… — Ягиха со стоном поднялась с пола. — Вставай, сорока. Мы проиграли.

— Ни за что! — Инга распласталась перед дверью. — Топчите меня, пинайте. Терзайте.