Здесь дети кругом, бабы, они сцепились, смотреть противно. А если заденете кого?

– Ладно, ладно, остынь, – оценив мои габариты, мужик «сдулся». Второй тоже не стремился продолжать спор, тихо слиняв в толпе.

Я плюнул и пошёл дальше, стараясь побыстрее выбраться с рынка. Тут ко мне навстречу из-за какого-то лотка вышел мужик лет пятидесяти, сутулый, но с мощными руками. Хитрые глазки мигом оценивали всё, что видят вокруг. Не человек – калькулятор. Редкие волосы полукругом обрамляли блестящую на солнце лысину. Мясистый нос, толстые губы и обвислые щёки придавали ему сходство с бульдогом. Он шёл на меня, не сводя взгляда.

– Здорово, – приблизившись, протянул широкую ладонь, – эк ты их. Отойдём? Разговор есть.

Мы зашли за лотки, между рядов в закутке стояла небольшая конструкция, напоминающая шатёр. Там на деревянных ящиках сидели ещё трое мужиков. Стоило моему спутнику только цыкнуть, как их точно ветром сдуло.

– Садись, – указал он на один ящик, застеленный драной газетой, сам же приземлился рядом, подняв с земли бидон, – кваску?

– Не откажусь, – меня давно мучила жажда."

"Он подал мне холодный напиток, и я с удовольствием напился терпкого кваса, что приятно щекотал пузырьками на языке.

– Видел я, как ты этих двоих раскидал, – начал мужик без предисловий, – меня Матвеем кличут, я тут присматриваю за всем.

– Я Бугай. И что с того? – педставился давним прозвищем, не зная, что от меня понадобилось.

– Бугай? – смерил он меня подозрительным взглядом, – Пусть будет так. Ты драться обучен, сразу приметил. Хочешь деньгу на этом зашибать?

– Каким образом? На рынке?

Матвей визгливо расхохотался:

– Не-е-е, тут своих хватает.

– И где они все были?

Мужик замолчал, точно поперхнувшись:

– Не о том разговор. Так тебе деньги нужны?

– Смотря что делать. На криминал не пойду.

– Брось, – махнул мужик рукой, – всё почти по закону.

– Почти? – напрягся я. – Ты не юли, говори прямо.

– Хорошо. В боях не хочешь поучаствовать?

– Подпольных?

– Люблю смышлёных, – осклабился Матвей, – за один бой трёшка, за победу от пяти рэ.

Это были большие деньги. Рабочие на заводе за месяц получали от восьми до тринадцати рублей.

– Как часто?

– А ты деловой, – довольно кивнул Матвей, – раз в неделю, когда два, не чаще. Ну так что?

Я задумался. Таких денег честным трудом не заработать никогда, а Даше рожать, детишки раздетые, разутые. Скоро маленький будет, ещё расходы. Опять же, хотя бы на участок крохотный наскрести. А вдруг обманут? Или подстава?

– Какие гарантии, что меня после боя не отправят лес валить?

– Резонно, – заметил Матвей, – могу дать задаток, чтобы видел, люди мы серьёзные. Трёшка устроит?

Мне не хотелось опять драться на потеху публике, только перед глазами стояла семья. Придётся рискнуть.