– Олени ушли, отец сказал, потому что мы нарушили закон леса, не помогли путникам. Я пришёл за вами. Довезу до железной дороги.

– Вот это удача! – меня и самого ещё трясло, не верилось, что схватка со зверем окончена и я до сих пор жив.

А Тыманча уже ходил вокруг медведя, огорчённо качая головой и цокая. Такую тушу в лёгкие нарты не положишь, и охотнику было жаль, что пропадает столько провианта и меха. Нечего было и думать, что мы втроём сумеем дотащить его до нашей пещерки и спрятать там. А среди открытого леса тушу скоро обнаружат волки.

Тыманча подогнал поближе оставленные за деревьями нарты, в которые были впряжены два флегматичных оленя.

Эвенк ехал совсем налегке для того, чтобы тягловые животные могли тащить наш вес.

Мы устроились на нартах и скоро туша лесного великана, скрылась с глаз. Лайки, высунув языки, бежали рядом.

Мимо проносились купы заснеженных деревьев. Тайга словно прощалась с нами, напоследок расцветив всеми оттенками золота белоснежные просторы. В них драгоценными камнями виднелась тёмно-зелёная хвоя и янтарная кора деревьев. Мы выехали ближе к реке, где собакам было легче держать с нами один темп.

Нарты мягко скользили по насту, а я словно впервые вдохнул морозный, чистый воздух, будто впервые увидел всю ту красоту, что окружала нас. Сегодня жизнь началась для меня заново. В который раз. Неведомые мне силы вели меня по непростому пути, проложенному среди судеб этого мира.

Река, настолько стремительная, что быстрины не смог сковать даже прочный панцирь северной зимы, блестела на солнце тысячами огранённых ветром бриллиантов. Глаза слепило от сияния вокруг.

Тайга, будто извиняясь за вчерашнее буйство, выпустила на небосклон щедрое солнце. Стало теплее или так только казалось от адреналина, до сих пор бурлившего в крови.

Неповторимое место, со своей сказочной красотой, где природа не засыпает, а точно преображается, заботливо укрытая морозом белоснежной периной. Каждая веточка, что у огромных великанов, что у самых низкорослых кустов покрыта ажурными узорами инея. Здесь начинаешь верить в сказки о Снежной королеве. Кажется, вот, приблизится ещё один поворот реки, а там она – неимоверно красивая, но такая же холодная и надменная хозяйка стужи.

А в сани её запряжены ледяные кони, способные мчатся по воздуху быстрее ветра.

Позёмка, расшалившаяся среди деревьев, лепила из сугробов настоящие снежные барханы, украсив их своими причудливыми узорами.

Мир тайны и гармонии, свойственной лишь суровой природе Северного края. На свежем насте заметны следы животных, которые подмечает зоркий эвенк, читая будто раскрытую книгу. Вскоре лес отступает, сломленный человеческой волей.