— А ты клялся, что женишься на Лоре!

Хитро усмехнувшись, Динар попробовал действовать иначе:

— Вернешься в Оитлон, дальше что? Опять от рассвета до полуночи договоры, документы, законопроекты, министры и череда чиновников? Катриона, ты даже на балу не присутствовала!

Надо же, заметил. А мне казалось, он никого, кроме Лорианы, тогда не видел.

— Я танцевать не умею, — честно призналась я рыжему.

— Я научу. — Он чуть склонил голову к плечу. — Кат, что ты теряешь?

— Это не слишком разумно, Динар… И потому я скажу твердое и уверенное «нет».

* * *К обеду мы двинулись в Далларию! Сидя на лошади рыжего и отчаянно мыча в кляп, я пыталась воззвать к совести айсира Грахсовена. Увы, его совесть давно почила где-то… рядом с моей, вероятно. Нет, он связал меня не сразу. Сначала мы благополучно запустили механизм, открывающий плотину, и с выступа у входа мрачно наблюдали за тем, как заполненный гоблинами город уничтожают потоки бурлящей воды… спустя всего час на месте Верейска находилось озеро, а следов недавних построек и вовсе не наличествовало. Подвесные лестницы были собраны и сокрыты в скале, туда же перекочевал подъемный механизм для тариге. Гоблины не выжили, и уже можно было не беспокоиться о сохранности оракула, но все же я усилила меры безопасности — хранилища с алмазами были огорожены дополнительными стенами, сам оракул скрыт под водой. Призраку затопление не вредило, кристаллу, который являлся хранилищем и источником его силы, также.

После выполнения всех мер предосторожности мы вернулись в крепость, и вот тут айсир Грахсовен и позволил себе недопустимое.

— Кат, — начал он, догнав меня и водрузив свою немаленькую руку на мои ныне хрупкие плечики, — так что насчет поездки в мою страну?

— Динар, — я сбросила его длань, — мой ответ ты знаешь.

— Значит, ты готова поехать? — весело спросил рыжий, но я промолчала.

Он вдруг сделал знак своим воинам, и мне это сразу не понравилось. Хантру, мгновенно обнажившему клинок, тоже. Зато Динар откровенно проигнорировал наше мнение.

— Я принял решение расценить твое молчание как знак согласия, — возвестил айсир Грахсовен, и я была пленена превосходящими силами противника.

Особого страха я не испытывала, уже изведав все прелести пленения этим рыжим и бессовестным, и потому позволила себе полюбопытствовать:

— А позвольте спросить, айсир Грахсовен, у вашего поступка имеются какие-либо разумные мотивы?

Увы, он озвучил следующее:

— Кат, ты знаешь меня достаточно давно, для того чтобы уяснить один факт — я ничего не совершаю без должных на то причин!

— Да?! — тут я скептически ухмыльнулась. — Я с ходу могу назвать с десяток ваших лишенных логики поступков.

— Вот как? — Он выглядел озадаченным.

— Именно.