— Ну?! Рассказывай уже, что там с ребятами?

Альв сделал глубокий вдох, словно собираясь с силами, а после растер лицо руками, сбрасывая сонливость."

"— Мне хочется верить, что у него была веская причина, чтобы подвергнуть себя и свою команду такому риску, — на то, чтобы в интонации прорезались нотки раздражения, у мужчины сил не хватило. Так что голос прозвучал глухо.

Но Верховный понял. Потемнел лицом, словно туча набежала на погожий день, и некоторое время молчал.

Он, конечно, полной картины случившегося ещё не знал — ребята были в таком плохом состоянии, что подпускать к ним менталистов все равно, что собственными руками подписать смертный приговор.

Но воспоминания Агнесс, если не все, то многое прояснили.

Сперва они удивлялись, как Иветта умудрилась поставить драконью метку, а оказалось, что помог тот самый пресловутый ритуал Хранителей. И Морриган в очередной раз с неудовольствием отметил, что король все сделал правильно. Ювелирно, можно сказать.

Не случись ритуала Хранителей, Агнесс со стопроцентной вероятностью была бы уже мертва. Как и других носителей, темная магия убила бы её, едва почувствовав угрозу.

Вот только выброс энергии от установления драконьей связи был такой силы, что сущность, что управляла Агнесс как марионеткой, просто вышибло, а печать, что несла в себе чистую силу драконов, не позволила вернуться обратно и уничтожить носителя. Девушка осталась жива, у Верховного, наконец, появился источник информации, а у короля новая команда Хранителей.

Сейчас сотрудники теневого ведомства пытались выяснить, почему проверки не выявили подселенца и как этого не допустить вновь. Версии были разными, но по мнению Морригана лишь одна из них имела логику: все эти годы сущность была в неактивной фазе.

Грубо говоря, спала, выжидая, когда сосуд вырастет. И пробудилась, когда Агнесс переступила границу серых земель. Если бы менталисты знали, что девушка страдает лунатизмом, то они бы несомненно обратили на это внимание после происшествия с погибшим артефактором. Но они не знали. Да и во время лунатизма воспоминания сохраняются так глубоко в сознании, что добраться до них весьма проблематично. Любое неосторожное движение менталиста и подопытный может стать дурачком.

— Выбора действительно не было, Альв. Мне кажется, Касьян даже не верил, что ритуал сработает, скорее, это была возможность умереть на собственных условиях.

Целителя такой ответ не то что удивил — потряс. Такого варианта он даже представить не мог. Но зато на душе полегчало — не ошибся он в этом парне три года назад, не ошибся.

— Все с ними будет в порядке, недели за три оклемаются. Вот только ребятам требуется постоянный присмотр, а я не могу тут торчать сутками — есть и другая работа.