Мы дома.

40. О том, как начинаются приключения

15 лет спустя.

Девять представителей академии стояли полукругом перед толпой детворы, поступившей на первый год обучения в академию магии, и пытались понять, на кого же сработал артефакт, определяющий тьму?

Под хмурыми взглядами новые студенты чувствовали себя крайне неуютно. А преподаватели тем временем вели мысленный диалог.

— Может, артефакт барахлит? — предположил мужчина, на чьей груди висел медальон факультета огневиков. — Я ничего не чувствую. Ни единого отголоска тьмы.

— Это у тебя в голове что-то барахлит! — с едва уловимым раздражением ответила ему девушка с ярко-рыжими волосами, которую все знали как декана факультета артефакторов. — Если сработал, значит была причина!

— Да тут этих потенциальных причин несколько сотен! — разнервничался заместитель ректора. — Как искать будем?

— Думаете, время пришло? — ни у кого конкретно и сразу у всех спросила женщина с белой косой, у которой на запястье был такой же брачный браслет, как и у здоровяка-огневика.

— Ну, если верить бабке, то да, — заявил один из близнецов. А второй продолжил мысль: — Вопрос, как понять, кто из них приспешник тьмы, а кто луч света?

— Напомните, а с чего мы вообще решили, что это два разных человека? — задумчиво поинтересовалась рыжая, выцепив из толпы худую фигурку. — Это случайно не дочь Мирона и Агнесс?

Взгляды всех преподавателей устремились к девочке, стоящей чуть в отдалении от общей толпы. От такого внимания ей стало нехорошо.

— Точно, она! — возликовал декан боевого факультета. — Вылитая копия Мирона!

— Вот и я думаю, что она, — вздохнула его супруга, — наша проблема."