Лекари запретили ловцу возвращаться на службу до полного выздоровления и тела, и резерва.

Это были две самые тяжелые недели в его жизни. Каждый день тянулся нескончаемо долго. А ночи — его личное безумие. Раз за разом просыпаться и понимать — все это сон. Она с другим. Она счастлива.

Когда начальник прочел листы, заявившись прямо в квартиру Тэда, то, отложив отчет, огладил усы и уточнил:

— Стало быть, по обрывку записки догадался?

— Да, я вспомнил, как Карлос упоминал аспиранта Закриана и то, что недавно читал его диссертацию. А этот обрывок с росчерком Дарка и окончанием «рок». Все сошлось. Ведь именно так подписывает угол титульного листа научной работы «автор этих строк» и росчерк пера. Тогда — то все и встало на свои места.

— Вот за что я тебя и ценю. Подмечаешь правду, даже если она тебе противна, — глубокомысленно изрек мессир и добавил: — Ну, мне пора.

Он забрал папку с отчетом.

На душе Тэда стало еще хуже. Пока писал, он был хоть чем-то занят. Теперь же остались лишь мысли о ней.

— Я должен знать ответ на один вопрос, и пошло все в бездну! — с таким решением ловец поднялся с кровати.

Бариста призывно мяукнула.

— Бар, я должен убедиться. Пусть она скажет, что ненавидит меня, что любит другого, но глядя в глаза. Тогда я смогу ее отпустить. Если у меня есть хоть тысячная доля шанса, я буду за нее бороться. До конца.

Киса неодобрительно мяукнула. Ей не нужны были конкурентки на ее территории, а уж делить хозяина она и подавно ни с кем не хотела.

Шенни.

Накрапывал осенний дождь. В домике, что я сняла в серебряном квартале, потрескивали поленья в камине, даря иллюзию уюта. Вернуться в особняк, где я провела с Грегом три года — увольте. К матери — тем паче. Оставаться у родителей Зака — почему-то после того дня, когда я практически умерла, мне не хотелось. А обременять Фло… Я перестала быть нищенкой, и мне хотелось наоборот, отблагодарить старуху, не только добрым словом, но и деньгами."

"Помниться, я тогда боялась, что она их не возьмет, но Фло была женщиной разумной и наученной прожитыми летами. Потому тысячу талеров взяла охотно.

Зак, расположившись в кресле, спросил меня уже не в первый раз.

— Так на какую дату назначить свадьбу? Да, официальный траур и все, что ему причитается — год, но не по собственному же несостоявшемуся убийце.

Я не знала, что ему отвечать. Закриан Дарк — жених, о котором можно только мечтать. И что самое главное — он меня любит. Вот только чем дальше, тем отчетливее понимала, что я-то его — нет.

Каждую ночь я просыпалась от того, что представляла рядом с собой другого. Этот другой был Тэд. Днем я ненавидел ловца, но ждала вечера.